Читаем Дьявол в бархате полностью

Лидия, леди Фентон, была полностью одета, словно отправляясь на бал при дворе. Платье из розовой тафты не имело рукавов; низкий вырез в форме сердца был оторочен венецианским кружевом; юбка, начинаясь от тонкой талии, доходила до лодыжек. Мягкие светло-каштановые волосы были уложены в виде чепца, с несколькими локонами, нависающими над ушами в соответствии с модой, введенной Луизой де Керуаль 10.

Фигура также отличалась привлекательностью. Лидия была чуть ниже Мег; к тому же Фентон знал, что розово-голубая юбка скрывает высокие каблуки. Лидию Фентон можно было бы назвать более чем хорошенькой, если бы не одна деталь.

Ее руки, плечи и грудь покрывал толстый слой белой пудры. Наскоро наложенная косметика превращала лицо в красно-белую маску. На белой, как у трупа, коже выделялись алыми пятнами щеки и губы. В углу рта и рядом с левым веком чернели микроскопические бумажные «мушки»в форме сердец.

Результат получался более чем плачевным. Казалось, что на лице двадцатилетней девушки намалевана маска семидесятилетней старухи. Она выглядела восковой фигурой, спустившейся с постамента.

— Дражайшая кузина! — любезно произнесла Мег.

Нетвердой походкой Лидия двинулась к камину слева от нее. Накрыв свечу колпачком, она поставила ее на каминную полку. Фентон не мог разглядеть как следует ее лицо, но красивые голубые глаза, наполненные слезами, были видны и под безобразной маской.

Тогда Фентон проделал странную вещь. Приподняв стул за высокую спинку, он с грохотом швырнул его на пол.

— Наш добрый повелитель Карл II 11, — забубнил он, словно в трансе, — милостью Божией король Англии, Шотландии и Ирландии, почивает сейчас во дворце Уайтхолл 12…

— Или где-нибудь в другом месте, — хихикнула Мег, приподняв плечо. — А в чем дело?

Лидия не удостоила ее вниманием.

— Сэр, — тихим и нежным голосом обратилась она к Фентону, — признайтесь, что я терпела многое. Но чтобы вы и эта тварь в трех ярдах от моей двери…

Мег облокотилась спиной на туалетный столик. Ее открытый рот символизировал удивление и оскорбленную невинность.

— Это мерзко! Чудовищно! — Мег поежилась. — Любезная кузина! Надеюсь, вы не думаете, что Ник и я…

Лидия по-прежнему не смотрела на нее. Возможно, именно это удерживало Мег от бегства, а может быть, поведение профессора Фентона. Низко поклонившись Лидии, он поднес к губам ее руку.

— Миледи, — вежливо заговорил Фентон, — я не пребываю в неведении по поводу моей жестокости в отношении вас. Могу я попросить у вас прощения? — Опустившись на колени, он поднялся вновь. — Я ведь не грубый и бесчувственный мужлан, каковым вы меня считаете. Будет ли мне позволено изменить мое поведение?

В голубых глазах Лидии появилось выражение, пронзившее его сердце жалостью, подобной физической боли.

— Вы просите моего прощения? — прошептала она. — А я от всего сердца прошу у вас того же.

Затем в ее взгляде мелькнул страх.

— Поклянитесь, — взмолилась она, — что вы не играете мной!

— Клянусь рыцарской честью, которая еще во мне осталась.

— Тогда избавьтесь от нее! — заявила Лидия, сжимая руки. — Не удерживайте ее здесь ни на ночь, ни на один час! Умоляю! Я знаю, что она погубит вас! Она…

Без колебаний Мег схватила со стола ручное зеркало и запустила им в Лидию. Не задев ни ее, ни Фентона, зеркало вылетело через открытую дверь и разбилось в коридоре.

«Право, — подумал профессор Фентон из Кембриджа, — эти люди, кажется, абсолютно лишены сдерживающих центров». Однако он почувствовал, что вены у него на шее набухли от гнева, впадать в который вовсе не входило в его намерения.

— Сука! — завизжала Мег.

— Шлюха! — ответила Лидия.

— Уродина!

— Охотница за мужчинами!

— Охотница за мужчинами, вот как? — повторила Мег, взбешенная этим самым страшным оскорблением. Резко повернувшись и не обращая внимание на состояние своего халата она указала на разбросанные на туалетном столике носовые платки, пузырьки и коробочки с мазями для удаления косметики.

— Значит, это я не могу показать свое лицо, не намазавшись, потому что у меня французская болезнь? 13— осведомилась она. — Или невинная добродетельная жена, дочь полоумного индепендента 14, внучка повешенного и проклятого цареубийцы, которая опасна для мужчин, потому что у нее…

Мег снова сделала паузу.

Фентон ощутил, как его лицо исказилось от бешеного гнева; тьма заволокла его зрение, разум и душу. Обеими руками он поднял над головой тяжелый стул, словно тот был сделан из фанеры, явно намереваясь размозжить им голову Мег Йорк.

Впервые испугавшись по-настоящему, Мег завизжала, отскочила и опустилась на четвереньки, так что волосы полностью закрыли ей лицо. Пальцы с длинными ногтями подняли тучи пыли с яркого ковра.

Жизнь ей спасло то, что сэр Ник питал к ней слишком сильную страсть, чтобы убить, а профессор Фентон, словно с усилиями удерживающий крышку гроба, откуда рвалась наружу душа сэра Ника, почувствовал, что борьба прекратилась, и позволил крышке захлопнуться.