Читаем Дьявол в бархате полностью

— Хорошо! Теперь последнее слово дровосекам. Так как вы должны одним ударом бревна поражать троих, четверых или даже пятерых сразу, не цельтесь противникам в грудь или живот — они могут поймать и отбросить бревно. Метьте только в лицо — вскрывайте им черепа, как апельсин! Каждым ударом дубинки проламывайте голову! Когда очутитесь среди толпы, бросайте бревна и действуйте стальными осями и дубинками. Все наточили колесики шпор, как я вам велел?

Послышалось утвердительное гудение.

— Если кто-нибудь из них свалится вам под ноги, работайте шпорами. Фехтовальщики!

— Да, сэр?

— Старайтесь как можно дольше драться на краю толпы, иначе ваши шпаги окажутся бесполезными. Не демонстрируйте никаких фехтовальных трюков — старайтесь только, чтобы каждый удар шпагой или кинжалом оставлял после себя труп. Оказавшись в толпе, бросайте шпаги и бейте железными брусками по головам. Но берегите кинжалы — держите их наготове и колите в низ живота! Это все!

По глазам слуг Фентон видел, что они доведены до белого каления. Он обнажил длинную обоюдоострую шпагу и выхватил из-за пояса кинжал, сжимая рукоятку левой рукой и опустив большой палец в специальное углубление.

— Я иду — будьте готовы, — предупредил он.

Открыв дверь, Фентон снова обернулся.

— Наносите удары без колебаний! Эта толпа — тиран, верно? Так пусть же трое фехтовальщиков и трое дровосеков сокрушат тирана!

Закрыв за собой дверь, Фентон вышел в темный холл. Идя к парадному входу, он с ненавистью представлял себе не абстрактную толпу, а членов партии милорда Шафтсбери — тучных, богатых землевладельцев, которые расшатывали трон, чтобы приобрести побольше власти и денег, как это делали более чем за поколение до них Пим, Хэмпден 99и Кромвель, и кого историки-виги 100лживо именовали «английским народом».

Ничего себе, народ!

Фентон открыл парадную дверь. Когда фонарь и факел осветили его фигуру, раздался взрыв воплей. Мимо его плеча и головы просвистели два тяжелых камня, на которые он не обратил никакого внимания.

Шагнув навстречу толпе, Фентон крикнул во весь голос:

— Черт бы вас побрал, подонки! Что вам нужно?

Вновь, подобно каменной лавине, прозвучал раскат грома. Небо позади толпы прорезал зигзаг молнии, с треском и шипением ударившей в дерево.

Фентон стоял неподвижно на полпути между дорогой и домом с обнаженными шпагой и кинжалом в руках. Затем он шагнул в пространство между липами, с презрением глядя на собравшихся.

— Где ваш предводитель? — осведомился он и внезапно рявкнул: — Назад!

Мощное воздействие его личности, несокрушимая уверенность в себе заставили возбужденную толпу слегка отступить. Передний ряд, все еще находившийся в шести футах от лип, сделал два шага назад, но визгливый женский голос велел им остановиться.

Фентон, знавший, что его три дровосека уже находятся слева, а два фехтовальщика справа от него, обрадовался, что теперь для них стало больше места.

— Где ваш предводитель, говорю вам?! — крикнул он, высоко подняв шпагу, на которой сверкнули отблески фонаря и факела.

Взгляды собравшихся не отрывались от клинка и от горящих под шлемом глаз Фентона. Он едва мог видеть пригнувшиеся под деревьями тени справа и слева от него.

— Я предводитель, сэр, — послышался резкий голос в группе восьми человек со шпагами, стоящей справа.

Вперед шагнул человек с толстым животом, но с худой и самодовольной физиономией, отлично одетый и с зеленой лентой на шляпе — короче говоря, идеальный представитель партии Шафтсбери. Когда он заговорил, толпа немного притихла.

— Я Сэмьюэл Уоррендер, эсквайр, — сообщил незнакомец. — Вы папист или нет?

— Нет! Но ваше теперешнее поведение может сделать из меня католика!

— Умеете ли вы предсказывать будущее?

— Да! — что было силы рявкнул Фентон.

Он почувствовал, что их сердца сжал суеверный ужас. Пришло время нанести удар!

— Значит, вам захотелось повоевать? — осведомился Фентон, снова поднимая шпагу. — Ну что ж! Давайте!

На правом фланге толпы — точнее с левой стороны, если смотреть на нее — неожиданно появились три фигуры, кажущиеся гигантскими в колеблющемся тусклом свете. Два шестифутовых бревна обрушились на головы собравшихся, в то время как две дубинки в руках Джоба начали страшную пляску смерти.

Стоявшие в первом ряду едва ли видели напавших на них — их взгляды были устремлены на Фентона. Но когда дровосеки добрались до второго ряда, в толпе раздался нечеловеческий вопль ужаса. Дубинки и бревна заработали снова.

— Назад! — взвизгнул длинноногий субъект в старомодной шапочке, тщетно пытаясь взобраться на холмик в дальнем конце улицы.

— Осади назад!

— Бежим к Черинг-Кроссу!

Мертвые и тяжело раненные валялись на спине или лицом вниз в облаках бурой пыли, которая оседала на кровь, не позволяя, к счастью, остальным видеть их размозженные головы. Какой-то человек в парике и с золотыми пуговицами пробежал несколько шагов, вцепившись по неизвестной причине в золотую цепочку от часов, которые отлетели в сторону, когда он рухнул окровавленным лицом в пыль.