Читаем Диана де Пуатье полностью

Виднейшие авторы, среди которых, например, Луи Димье,¹²⁶ резко отрицают существование всякого сходства между этими персонажами и любовницей Генриха II. Но общность между ними заставляет подумать о том, что был по крайней мере один установленный канон изображения обожествленной вдовы Сенешаля. Сам Луи Димье, впрочем, взял на себя труд показать нам, каким образом настоящие черты переросли в облагороженные, сравнивая обнаженную Диану из коллекции Альторпа, принадлежащую лорду Спенсеру, с Дианой Франсуа Клуэ, карандашный набросок которой находится в Шантильи и еще одна копия (сама картина утеряна) в Версальском музее.

Теперь это реалистическое произведение датируют 1550 годом, хотя раньше его относили к гораздо более позднему времени. Луи Димье тщательным образом изучил его. «Он (карандашный набросок) показывает нам истинные черты этой знаменитой красавицы… которую потомки пытались распознавать во всех фантастических богинях того времени. Жеманные рот и ноздри, а также то особенное выражение, которое присуще лицам, покрывавшимся мазями и румянами в течение долгого времени, делают это личико неприятным и даже смешным; складки на подбородке, дань времени, сочетаются с ярко выраженной худобой; глядя на нее, становится очевидным, что усилия, приложенные для того, чтобы удержать давно прошедшую весну, лишь ускорили упадок… Такой была фаворитка в период своего наибольшего могущества, когда месяцы, вылепленные на фронтонах Лувра, свидетельствовали о благосклонном к ней внимании».

Этому изображению увядшей кокетки критик противопоставил божественный образ украшенной легкой диадемой Дианы, которая показывает свои обворожительное лицо и безупречную грудь на картине из коллекции Альторпа. Резкая перемена бросается в глаза, кажется, что рядом изображены мать и дочь, или одна и та же женщина в две поры своей жизни с промежутком в двадцать пять лет. На этом примере четко проявляется метод, которым пользовались чародеи, преображавшие зрелую вдову Сенешаля в сверхъестественное существо, навечно застывшее на пике своего расцвета.¹²⁷

* * *

Удовлетворившись тем, что ей построили святилища в замках короны, фаворитка, конечно же, захотела, чтобы они были посвящены только ей. Она мечтала приукрасить восхитительный Шенонсо, вся обстановка которого так подходила лесной олимпийке. Но деловая женщина, неотделимая от Охотницы, напомнила ей, насколько неосмотрительным поступком было бы вкладывать средства в это прекрасное место, пока на нем еще остается «домениальное пятно». И только в 1555 году, окончательно во всем убедившись, она приказала начинать работы, с которыми, по большей части, и будет связана добрая слава ее имени.

За несколько лет благодаря ее деятельной энергии замок приобрел тот оригинальный вид, который не прекращает до сих пор вызывать восхищение. Филибер Делорм перекинул через Шер арки знаменитого моста, Бенуа Ги, господин де Карруа, разбил итальянский цветник, который расстилается на северо-восток от замка и носит имя Дианы. Мадам окружила особой заботой свои цветы, фруктовый сад, огород. Услужливые придворные, например, архиепископ Турский, посылали ей мускусные розы, луковицы лилий и такие драгоценные редкости, как дыни и артишоки. Было посажено сто пятьдесят шелковиц для выращивания шелковичных червей. С любовью взращивали виноградники, которые Тома Бойе привозил из Орлеана, Арбуазы, Бона и Анжу. Мадам наслаждалась дегустацией Арбуазского вина.

К 1559 году осталось лишь соорудить галерею на мосту и обустроить правый берег реки, но в этот момент судьба смешала все планы.

К счастью, Диана не стала так долго ждать, чтобы обустроить свой сад Армиды, феерическое убежище, где в полную силу развернулись ее чары. С 1546 года она подумывала о постройке скромного дома в Ане, рядом с заброшенным замком Брезе. В то же время она не собиралась ни разрушать старый дом, ни отдалять воспоминания о своем муже. Выбранный ею архитектор, Филибер Делорм, получил приказ бережно отнестись к старым постройкам, возводя новые, что вынудило его провести серьезные работы по наращиванию земляной насыпи, чтобы осушить болото, отрегулировать состав почвы и оздоровить ее.

Смерть Франциска I внезапно дала возможность этим только что намеченным планам реализоваться с огромным размахом. И работа тотчас же началась. В 1548 году Филибер Делорм, ставший аббатом Иври, положил первый камень фундамента. К концу года он возвел основное здание, внутри которого образовался парадный двор. В 1549 и 1550 годах он построил часовню и правое крыло, в 1551-м — левое крыло и затем портал. В 1552 году строительство чуда Возрождения завершилось.