Читаем Диалектический материализм полностью

Например, изрядно наговорено и написано о демократии. Но ораторы и писатели обычно имеют в виду какую-то чистую, или абстрактную, демократию, которую они пытаются определить, абстрагируясь от действительного развития общества, классов и классовой борьбы. Но не может быть такой чистой демократии, это — метафизическая абстракция. Чтобы понять сущность демократии, обязательно нужно поставить вопрос: демократия для кого, для эксплуататоров или эксплуатируемых? Нужно понять, что, поскольку демократия является формой правления. не существует демократии, не связанной с господством какого-нибудь определённого класса, и что демократия, устанавливаемая при господстве рабочего класса, является более высокой формой демократии, чем буржуазная демократия, точно так же как буржуазная демократия — это более высокая форма демократии, чем, скажем, демократия рабовладельцев древней Греции. Иными словами, не следует пытаться рассуждать о демократии, абстрагируясь от действительных общественных отношений и от действительного изменения и развития общества.

Далее, пацифисты пытаются основывать свою оппозицию войне на том положении, что «все войны несправедливы». Они рассуждают о войнах абстрактно, не учитывая того, что характер каждой отдельной войны определяется соответственно исторической эпохе, целям войны и классам, в интересах которых она ведётся. В результате этого они не видят различия между войнами империалистическими и освободительными, между справедливыми и несправедливыми войнами.

В настоящее время в большинстве английских школ детей регулярно подвергают «тестам умственных способностей». Утверждается, что каждый ребёнок обладает определённым неизменным количеством «умственных способностей», которое можно определить независимо от действительных условий существования ребёнка, и что оно определяет его способности на протяжении всей его жизни независимо от тех условий изменения и развития, в каких впоследствии он может оказаться. Это ещё один пример метафизики. В данном случае метафизическое представление об «умственных способностях» используется в качестве оправдания для того, чтобы лишить большинство детей возможности получить образование на том основании, что их умственные способности слишком низки, чтобы они могли пользоваться такой возможностью.

Вообще говоря, метафизика — это такой способ мышления, который пытается установить раз и навсегда сущность, свойства и возможности всего, что он рассматривает. Следовательно, этот способ исходит из предположения, что каждая вещь обладает неизменной сущностью и неизменными свойствами.

И он мыслит скорее с помощью понятий о «вещах», чем о «процессах». Он пытается свести всё к формуле, которая утверждает, что весь мир или любая часть мира, которую мы рассматриваем, состоит из таких-то и таких-то вещей с такими-то и такими-то свойствами. Такую формулу мы можем назвать «метафизической» формулой.

Так, Энгельс указывает на «старый метод исследования и мышления, который Гегель называет „метафизическим“, который имел дело преимущественно с вещами как с чем-то законченным и неизменным…»[31]

В философии метафизика часто означает поиски «конечных составных частей мира». Поэтому материалисты, которые утверждали, что конечные составные части являются маленькими твёрдыми материальными частицами, были такими же метафизиками, как и идеалисты, которые утверждали, что конечными составными частями являются духи. Все эти философы полагали, что они могут резюмировать «конечную природу мира» в некоей формуле. У одних из них была одна формула, у других другая, но все они были метафизиками. Однако это было безнадёжным исканием. Нельзя резюмировать всю бесконечную, изменяющуюся вселенную в какой-либо из таких формул. И чем более мы работаем в этом направлении, тем более это становится очевидным.

Теперь должно быть ясно, что механистический материализм, который мы рассматривали в предшествующих главах, с полным основанием может быть назван метафизическим материализмом.

Отметим мимоходом, что в настоящее время некоторые философы, так называемые позитивисты[32], утверждают, что они выступают против «метафизики», поскольку, как они сами заявляют, они отрицают всякую философию, которая стремится найти «конечные составные части мира». Для них «метафизика» означает любую теорию, оперирующую «абсолютами», которые нельзя проверить в чувственном опыте. Употребляя термин в этом смысле, они скрывают тот факт, что сами они, вообще говоря, больше метафизики, чем любые другие философы, так как их собственный способ мышления доходит до крайностей метафизической абстракции. Что может быть более метафизичным, чем воображать, как это делают философы-позитивисты, что наш чувственный опыт существует оторванно от реального, материального мира, находящегося вне нас? На деле они сами превращают «чувственный опыт» в метафизический «абсолют».