Читаем Дезинформация полностью

в 1929 году Пискатор совершил свой первый визит в Советский Союз, где он некоторое время работал в Международном объединении рабочих театров. Как значится в его биографии, «творческие работники из числа коммунистов стали все больше прислушиваться к требованиям Москвы в области культуры… Для немецких творческих работников левого толка стало естественным не просто посещать Россию, но и работать там» {324}. В этой связи в 1931 году Пискатор переехал в СССР, где вначале хотел создать серию пропагандистских короткометражных фильмов. В то время в Советском Союзе только зарождалась такая форма искусства. Стремясь обеспечить административный ресурс для реализации проекта, он смог организовать двухчасовую встречу с шурином Сталина {325}. Вскоре Пискатора избрали председателем Международного объединения рабочих театров, чья штаб-квартира располагалась в Москве. Впоследствии оно стало называться Международным объединением революционных театров {326}.

Когда после Второй мировой войны Румыния вошла в зону влияния СССР, советники из советских спецслужб и разведывательных служб создали аналогичные структуры и в Бухаресте. Генерал Пантелеймон Бондаренко, на территории Румынии превратившийся в Георге Пинтилие, но более известный как Пантюша, был советским офицером разведки, назначенным Москвой на должность первого руководителя новой румынской службы госбезопасности Секуритате. Со временем, когда я в конечном итоге стал его начальником, я узнал от болтливого и зачастую подвыпившего Пантюши очень многое об операциях советских разведывательных служб. Пантюша несколько раз вспоминал о Пискаторе, рассказав следующее: перед тем как стать председателем Международного объединения революционных театров – организации прикрытия для советской разведки, – Пискатора завербовали в качестве агента влияния советской внешней разведки, ИНО {327}.

Любящий сквернословить Пантюша как-то объяснил: «Сталин не давал ни одной е… нной копейки ни одному члену зарубежной компартии в Москве, если тот пытался перестать работать с нами». Пантюша хорошо знал это, так как работал под прикрытием в Коминтерне, получавшем финансирование от Международного объединения революционных театров.

Пискатор родился в Германии, в Ульме, 17 декабря 1893 года. В 1915 году он был призван в немецкую армию и принимал участие в боевых действиях во время Первой мировой войны {328}. Находясь на службе, в 1917 и 1918 годах он работал в качестве режиссера и актера во фронтовом театре в Кортрейке, в Бельгии. После основания в 1919 году Коммунистической партии Германии (КПГ) Пискатор вступил в ее ряды {329}.

В следующем году, вернувшись в Германию, он начал на общественных началах работать в Мюнхене в театре «Хоф», вскоре после этого стал актером, а затем режиссером в «Пролетарском театре», марксистском детище. Как писал Пискатор, «задача «Пролетарского театра» состояла в том, чтобы распространять свое просветительское воздействие среди тех масс, которые в политическом отношении еще колебались или оставались равнодушными» {330}.

КПГ, в то время самая большая коммунистическая партия после КПСС, в 1925 году обратилась к Пискатору с просьбой создать политическое обозрение {331}. Он сформировал команду, куда входил он сам, композитор по рекомендации партии и сценарист, он же поэт, он же продюсер. Вместе они создали «около дюжины скетчей, представленных в виде попурри из коммунистических песен», завершавшихся кульминационной сценой «победы пролетариата» {332}. Постановка была достаточно успешной, и вскоре КПГ обратилась к Пискатору с просьбой подготовить постановку представления для первой партийной конференции. Пискатор собрал свою прежнюю команду и создал представление, в котором «были показаны преимущественно исторические события, … практически каждый персонаж являлся исторической (во многих случаях еще действующей) личностью» {333}.

Руководству компартии на сей раз не слишком понравилось увиденное. Некоторые считали, что представление было излишне насыщено историческими фактами, что, конечно же, снизило его пропагандистское воздействие. Один из этих скептиков писал: «Возможно, что-то получилось не совсем так, как надо, товарищ режиссер… Не следует так рабски придерживаться «именно того, что случилось на самом деле» {334}.

Пискатор принял этот совет во внимание и научился беллетризировать историю, то есть излагать документальный исторический материал в форме художественного повествования. Вскоре он стал сотрудничать с ведущими драматургами-коммунистами Германии {335}. Кроме того, он обучал молодых актеров, хотя, как было сказано, те получали основные знания «на курсах у руководителей КПГ, и наличие партбилета уже само по себе являлось показателем компетентности» {336}.