Герберт Венер, ставший членом кабинета министров ФРГ, федеральным министром «внутригерманских отношений» (имелись в виду отношения с ГДР), работал младшим писарем до того, как в 1927 году вступил в Коммунистическую партию Германии и эмигрировал в Советский Союз. Там его пристроила советская политическая полиция в качестве социал-демократического политического лидера. Впоследствии именно советская политическая полиция обеспечила прикрытие Венера, создав видимость того, что он во время Второй мировой войны находился в Швеции, а не на территории Советского Союза, как было на самом деле. Сталин в 1946 году направил Герберта Венера через Швецию в Западную Германию. Герберт Венер подправил свою биографию и в результате искусного подлога советских спецслужб, очередной фальсификации, стал активистом, выступавшим с антифашистских и антикоммунистических позиций. Это помогло ему в 1958 году стать заместителем председателя Социал-демократической партии Германии (СДПГ), возглавить фракцию СДПГ в бундестаге (1969–1983) и войти в состав правительства ФРГ (1969–1983). Вплоть до своей смерти в 1990 году Герберт Венер оставался видным западногерманским политиком.

В 1974 году у меня состоялась последняя встреча с Вилли Брандтом, председателем СДПГ, ставшим федеральным канцлером ФРГ и автором «Восточной политики», предусматривавшей сотрудничество с Востоком, иными словами, нормализацию отношений с Советским Союзом и его вассалом – ГДР. В тот день Брандт казался весьма расстроенным. Это было вскоре после ареста Гюнтера Гийома, офицера разведки ГДР, снискавшего расположение в политических кругах Западной Германии. В конечном итоге он стал самым близким другом и советником Вилли Брандта и практически руководил страной. Арест Гюнтера Гийома привел к громкому скандалу, и Вилли Брандт признался мне, что почувствовал себя преданным. Через месяц Вилли Брандт напишет президенту ФРГ: «Я беру на себя политическую ответственность за недолжное отношение к своим обязанностям в связи с делом о шпионаже Гюнтера Гийома и объявляю об отставке с поста федерального канцлера» {65}.

В результате нелегальной деятельности сотрудников КГБ в качестве западных политиков Кремль фактически знал о том, что происходит в некоторых западных странах, лучше, чем о ситуации в самом Советском Союзе.

«Холодная война» закончилась, но операции по подлогу, фабрикованию, фальсификации и подтасовке фактов под руководством Кремля, похоже, все еще в моде. Более того, существует угроза распространения этой заразы и на территорию США.

Глава 7

Противоборство Сталина с католицизмом

Кремль с давних пор манипулировал религией в собственных интересах. Русские цари, озабоченные идеей безоговорочного послушания подданных и обеспечения тотального контроля над всеми сферами их жизни, назначали самих себя главами православной церкви. Первый советский «царь», Владимир Ленин, уничтожил тысячи священников и закрыл большинство церквей России для установления марксизма-ленинизма как единственной религии в стране {66}. Сталин, продолживший политику кровавой бойни, преобразовал новую религию Ленина в марксизм-ленинизм-сталинизм. Таким образом, он возвеличил себя до уровня советского святого, чтобы беспрепятственно и безраздельно властвовать над изможденным и угнетенным народом. Спустя двадцать лет после революции 1917 года в Советском Союзе оставались открытыми всего пять сотен храмов {67}.

23 августа 1939 года Кремль также начал гонения на религии национальных меньшинств. В этот день министр иностранных дел СССР Вячеслав Молотов и Иоахим фон Риббентроп, занимавший аналогичную должность в правительстве Германии, встретились в Кремле для подписания позорного пакта о ненападении между Гитлером и Сталиным. Сталин в этот исторический день, как свидетельствуют немецкие архивные документы, находился в приподнятом настроении. Он заявил Риббентропу: «Советское правительство обязуется отнестись к этому пакту со всей ответственностью. Я могу гарантировать и дать слово чести, что Советский Союз не предаст своего партнера» {68}.