Читаем Дезинформация полностью

В книгах “Hitler, the War, and the Pope” («Гитлер, Вторая мировая война и папа») и “Righteous Gentiles” («Благочестивые язычники») Рональд Рычлак показывает, каким образом Корнуэлл цитировал «подлинные документы», чтобы внушить доверие к своему материалу, хотя указанные документы в действительности не подтверждали его. Такие же методы использовал и КГБ, и они объясняют, почему находившийся в моем подчинении Департамент внешней информации Румынии просили продолжать присылать документы, даже если они и не носили уличающего характера.

В предисловии к первому изданию книги «Гитлеровский папа» Корнуэлл особо подчеркнул, что как католику, который вернулся в лоно церкви после двадцати лет странствий, ему крайне важно сказать следующее: первоначально он хотел написать полную историю Пия XII, и тогда «с его папства были бы сняты все подозрения», а в предисловии к изданию 2008 года Корнуэлл добавил, что он «начал писать биографию Пия XII беспристрастно и даже с большой долей симпатии». Однако, завершив исследовательскую работу, Корнуэлл уже не видел в Пие XII «примера праведности для будущих поколений».

Специалисты КГБ по подтасовке фактов были экспертами, пользуясь этим старым риторическим приемом: если вы хотите оклеветать кого-либо, необходимо притвориться, что в начале своего исследования вы совершенно беспристрастны, даже благожелательны, а затем заявите о своем глубоком разочаровании, когда вам пришлось обнаружить его грехи. Или же наоборот. Почти все книги о Чаушеску, опубликованные на Западе на средства румынского Департамента внешней информации, начинались с того, что автор будто бы «предполагал», что Чаушеску был коммунистом советской закалки, и заканчивались демонстрацией его совершенно прозападной политики. Хоххут использовал тот же метод в спектакле «Наместник», когда после его премьеры он заявил в интервью, что вначале намеревался написать полную сочувствия историю о Курте Герштейне и о том, как тому трудно пробиться на прием к папскому нунцию в Берлин для рассказа об убийствах нацистов. Только позже Хоххут или Пискатор ввел в качестве нового персонажа пьесы хладнокровного циничного папу {649}.

Хорошим примером методов исследования Корнуэлла является его анализ конкордата, заключенного Ватиканом с Сербией в 1914 году. Корнуэлл утверждает, что, стремясь к власти, Пачелли настаивал на заключении договора, несмотря на риск возникновения войны и возражения Вены, и этот конкордат действительно привел к Первой мировой войне. Корнуэлл цитирует газеты и журналистов, придерживавшихся левых взглядов, в качестве источников для своих выводов, однако на самом деле историки приходят к мнению, что указанный конкордат никак не повлиял на начало войны. Изучая этот договор, Корнуэлл зловеще подчеркивает – различные документы, относившиеся к данному вопросу, были «в свое время на хранении у Эудженио Пачелли». В этом, однако, нет ничего криминального, поскольку Пачелли как младший чин в делегации Ватикана, которая вела переговоры, должен был делать записи и хранить документы.

Самый сильный разоблачительный момент в исследованиях Корнуэлла, цитирующего второстепенные источники, заключается во фразе папского нунция в Вене, предупредившего Пачелли о рисках, связанных с конкордатом. Примечательно то, что Корнуэлл не упомянул подлинный документ венского нунция, с которым Корнуэлл ознакомился под роспись при изучении архивов Ватикана, а он прямо противоречит утверждению в книге писателя {650}.

В конечном итоге Корнуэлл несколько смягчил свою критику того, как Пий XII отнесся к облаве на римских евреев в октябре 1943 года, он также признал реальность угрозы оккупации нацистами Ватикана, которую он ранее недооценивал. Однако, когда в 2008 году издательство «Пенгуин пресс» выпустило новое издание книги «Гитлеровский папа» в мягкой обложке, единственным очевидным изменением явилось новое предисловие, в котором Корнуэлл попытался отказаться от многих из своих прежних оговорок.