Читаем Девушки из бумаги и огня полностью

Я невольно вскидываю голову, и он предостерегающе сжимает мою руку.

– Здесь и у стен есть глаза и уши, – едва слышно говорит он, и голос его, низкий и хриплый, кажется мягким, добрым и сочувственным. – Извини за то, что я должен отвести тебя к Королю. Мне жаль.

– Надеюсь, это в последний раз, – так же тихо отвечаю я.

– И я надеюсь, – говорит он, бросая на меня проницательный взгляд серо-голубых глаз, прежде чем постучать.

Глубоко вздохнув, я переступаю порог, и двери за спиной шумно захлопываются. Я стою одна в полной темноте. Пульс частит, кровь стучит в ушах. Некоторое время я не могу заставить себя сдвинуться с места, просто пытаюсь восстановить дыхание и хоть немного успокоиться.

– Не стоит от меня прятаться, Леи-чжи.

Гулкий голос Короля заставляет меня вздрогнуть. Я невольно отступаю, и звук шагов порождает в темных высоких сводах громкое эхо. Схватившись за свой оби, я нащупываю в складках пояса нечто ободряющее – маленький сверток из листьев.

«Желания невозможно обуздать». Так он сказал мне, когда я впервые оказалась здесь.

Ну что же, Король, сегодня тебе предстоит узнать, что истинная любовь способна противопоставить твоим желаниям.

Его покои – точно такие, какими я их запомнила. Свечи мерцают алыми пятнами, густой запах благовоний вызывает тошноту. Но что-то все же изменилось, и я ясно это чувствую, подходя к Королю по холодным каменным плитам пола. Он сидит на троне и мрачно наблюдает за моим приближением.

Я иду.

Когда я впервые пересекала этот зал, у меня колени подкашивались от ужаса – такого сильного, что мне едва удавалось держаться на ногах. Тогда страх отравлял меня изнутри, проникая в каждую клеточку тела. При этом часть меня стремилась порадовать Короля, оправдать его ожидания, я хотела быть хорошей Бумажной Девушкой, коль скоро других путей для меня не существует… Теперь все иначе. Я иду к его трону с осознанием, что та часть меня уже мертва, а ее место занято ярко горящим пламенем.

– Я и не пыталась от вас спрятаться, мой Король, – громко говорю я, и мой голос отдается эхом от стен. – Я просто… готовилась к встрече с вами.

– Ты все еще меня боишься?

Голос его звучит угрожающе. Да, ему явно хочется услышать страх в моем голосе.

– Да, – отвечаю я, ненавидя себя за то, что это все еще правда.

Он усмехается широкой кривой усмешкой, однако я вижу в ней напряжение, что-то дикое, напоминающее мне его развязное бахвальство на празднике койо. Его черное кимоно распахивается на груди, обнажая покрытое волосами мускулистое тело.

Мой взгляд падает на кувшин саке на столике у трона.

– Иди сюда, – приказывает он.

Я едва успеваю согнуть колени, чтобы сесть на подушку у его ног, как он хватает меня за воротник и притягивает к себе – так резко, что я вынуждена выставить вперед руки, чтобы не удариться лбом о массивный золотой подлокотник трона.

– Все эти формальности излишни, Леи-чжи, – ухмыляясь во весь рот, рычит он. – Я ведь уже видел тебя голой, если ты не забыла. Ты можешь притворяться какой угодно скромницей, но я-то знаю – вам, Бумажным Девушкам, одно только нужно. Настолько, что вы готовы раздвигать ноги перед простыми солдатами! Представляешь? – он повышает голос, брызжа мне в лицо слюной. – Лечь с ничтожным солдатом после того, как делила ложе с Королем!

От его дыхания разит алкоголем. Я стискиваю зубы, когда он рвет на мне воротник, обнажая шею и грудь.

Я не могу отвести глаз от кувшина саке. Если бы хоть немного протянуть время, завести разговор, как в прошлый раз… Тогда мне удалось бы осуществить мой план!

– Мадам Химура выгнала Марико из дворца, – шепчу я, пытаясь его отвлечь. Голос дрожит от гнева и страха. – И доктор вырезал у нее на лбу символ, означающий «гниль». Чтобы все знали, что она сделала…

Смех Короля гулко раскатывается по пещере.

– Отлично, эта дрянь получила по заслугам! Тот, кто осмелился меня предать, не может надеяться избежать кары!

– И многие осмеливаются предавать вас, мой Король? – стараясь не выдать себя дрожащим голосом, спрашиваю я.

– На удивление многие. Казалось бы, мой народ должен испытывать ко мне великую благодарность за все, что я для него сделал. За богатства, которые я с ним разделил, за безопасность, за покой! За все мои заслуги в борьбе с Порчей! – он низко наклоняется ко мне, водит мозолистым пальцем по моим щекам. – Скажи-ка, Леи-чжи, а лично ты благодарна мне за то, что я тебе дал?

– Конечно, благодарна, – дрожащим голосом лгу я.

– Тогда докажи мне это. Покажи, как велика твоя благодарность.

Краем глаза я вижу кувшин саке, думаю о травяном сборе, наскоро перетертом пальцами, о том, как травяная пыль падает в прозрачную жидкость и оседает на дно…

– П-позвольте мне станцевать для вас, – начинаю я, подходя на шаг ближе к столику. – Мадам Чу как раз научила нас прекрасному танцу, который должен вам понравиться… Позвольте налить вам немного выпить, пока я буду танцевать…

– Хватит!