Индианец, погонщик мулов, потом хозяин гостиницы.
Скорей бы ехать нам! Когда жеУпряжку наконец дадут? Ну и народ же темный тут,О нем поется в песнях даже!Лежит нам через горы путь, –Сьерры Морены здесь начало;Доедем в ночь до перевала. Неинтересно мне ничуть:Взялся везти – так всем заведуй. Привет, сеньор! Рад видеть вас. Привет, хозяин, и от нас.А что дадите нам к обеду? Два молодца и шесть собакС рассвета были на охоте,И дичь отменную найдетеВы на столе. Только вот досада,Еще здесь женщина одна –Совсем некстати нам она. О, с женщиной готов всегда яДелиться всем! Ужель онаОдна в пути? Как странно! Кто ж она такая? Одета бедно, но смела;Приехала на вьючной кляче(Простите, не назвать иначе),Проворно спрыгнула с седла –Совсем солдатская сноровка! –Коняге корму задала,Его в конюшню отвела,Все это молча, быстро, ловко.Я на нее смотрю, дивлюсь:Что это, думаю, за диво?Гляжу, сняла накидку живоИ ставит к стенке аркебуз! Смела, друзья,Но личика ее, признаться,Нам больше нужно бы бояться,Чем огнестрельного ружья. Приволокнуться вы не прочь? Где там! Любил я прежде это…Прошла весна, прошло и лето.Так годы улетают прочь! Скромно,Но под личиной простотыНикак не скрыть ей красоты.В простом плаще, с сомбреро темным…Сказать по правде, ваша честь,Вид был бы женственный и кроткий,Не будь ружья в руках красотки. Входит донья Мария, в плаще, в сомбреро и с аркебузой.