Он не пытался выглядеть расстроенным.

― Было бы на много проще, если бы ты сказала «да».

― Не сомневаюсь. Для тебя уж точно.

― Кейт, ― он специально понизил голос.

― Какой же ты глупец. Ты, правда, думал, что это сработает?

Он пожал плечами.

― В постели работает.

― Верно. В постели.

― Так ты подумаешь о переезде? И о том, чтобы завести детей?

Она подняла голову и поцеловала его в щеку.

― Вау. Похоже на просьбы, а не требования. Это прогресс, мистер Уайтинг.

― Раз мы коснулись темы имен, что ты думаешь о «миссис Уайтинг»?

Кейтлин с преувеличением вздохнула.

― Никак не можешь притормозить?

― Могу, ― произнес Лукас, приподнимая свои бедра, а потом очень медленно толкаясь в нее. Очень медленно.

― Я бы была впечатлена скоростью, если бы не была поражена тем, как чертовски быстро ты восстановился.

Лукас рассмеялся.

― Кейт?

― М-м-м?

― Заткнись.

Они рассмеялись, а потом одновременно застонали. Позже они лежали рядом и размышляли о будущем.

Эпилог

Кейтлин с ногами устроилась в огромном кресле в комнате Попса. Он переехал в дом Райли на свое восьмидесятилетие. Переезд был спровоцирован его падением в ванной комнате, когда он принимал душ. Попс пролежал на холодном кафельном полу почти два часа, не способный подняться или позвать на помощь, пока не приехал Шон, который заехал его навестить.

Это происшествие достаточно расстроило его и его детей, но они, наконец, смогли убедить мужчину переехать к Райли. Киллиан, Шон и Джастин сделали пристройку к дому Райли, создавая идеальное пространство для Попса: помимо спальни и душа у него была небольшая гостиная, которую он называл берлогой. На одной стене висел огромный плоский телевизор, а перед ним стояло его любимое потертое кресло. Там также стоял удобный диван и кресло, которое заняла Кейтлин.

Но любимой частью Кейтлин в берлоге Попса была не его коллекция редких пивных бокалов или спортивных флагов, а стена с их семейными фотографиями. У каждого члена клана Коллинзов была своя собственная фотография. Попс с особой заботой выбирал свои самые любимые фотографии, и когда он находил лучшую, он заменял ею старую. Именно поэтому стена всегда менялась, всегда появлялось новое, на что можно посмотреть.

Единственная фотография, которая никогда не менялась, находилась в центре стены, и она была самой любимой для Кейтлин. Это была черно-белая фотография Попса и бабушки Сандэй, когда они еще встречались и жили в Ирландии. На ней они сидели рядом друг с другом на старой каменной стене. Попс эффектно выглядел в костюме и галстуке, а Сандэй была абсолютно прекрасна в просто платье и с жемчужным ожерельем на шее. Попс говорил, что тогда они были на свадьбе его кузена. То, что всегда притягивало взгляд Кейтлин и не давало его отвести, это то, как они смотрели друг на друга ― с нескрываемой любовью. Словно кроме них нет никого на этой планете.

Наступало лето, и хотя они встречались всего шесть месяцев, Лукас уже намекал на свадьбу.

Ладно, возможно, не просто намекал. Его намерения были так очевидны, словно он разместил их на огромном неоновом рекламном щите. Он узнал размер ее безымянного пальца и затащил ее в три ювелирных магазина, чтобы понять, какие кольца ей нравятся. Она продолжала говорить ему, что еще слишком рано говорить о свадьбе, но не могла убедить в этом и себя.

― А вот и я, ― сказал Попс, возвращаясь в комнату.

Он пригласил ее к себе этим вечером, заявив, что у него есть для нее сюрприз.

Девушка выпрямилась, пока он подходил к ней, и взяла из его протянутых рук рамку с фотографией.

― О, ― произнесла она, увидев фотографию.

Она еще не видела ее, но сразу же поняла, где ее сняли. Два месяца назад, когда открыли «Дом Коллинзов». Было небольшое торжество в день, когда въехали первые жители. Они с Лукасом, а также несколько членов ее семьи помогли Музу въехать в его новое старое место. Ребята оставили за ним ту же квартиру, но выражение его лица было таким восхищенным, когда он увидел изменения.

И когда она увидела, как Попс и Муз утирают слезы, сама с трудом могла сдержать свои. Лукас, заметив ее реакцию, встал у нее за спиной и заключил в объятия, ласково уткнувшись в ее щеку. Бабблс позвала ее по имени и сняла фотографию.

Она смотрела прямо в камеру, но Лукас...

Лукас смотрел на Кейтлин так же, как Попс смотрел на Сандэй много лет назад на свадьбе в Ирландии.

Попс взял фотографию из ее рук.

― Она будет на стене.

― Лукас хочет жениться на мне, ― выпалила она, хоть и не собиралась.

Кейт еще никому об этом не говорила, глупо сопротивляясь самой идее. А Попс ни капли не удивился.

― Конечно, хочет. Этот мужчина по тебе с ума сходит. Так, когда свадьба?

― Попс. Разве ты не думаешь, что еще слишком рано говорить о свадьбе?

Он снял со стены ее старую фотографию из тех, что снимает ее тетя Натали в своей студии, когда Кейтлин нужна профессиональная фотография. Кейтлин взяла более серьезную фотографию для работы, а Попс, напротив, выбрал ту, которая вышла случайно. В тот момент Натали рассказала смешную историю о Эване, и Кейтлин рассмеялась. Натали и Попс заявили, что это ее лучшая фотография из многих.