Читаем Девушка января полностью

Его отец никогда этого не поймет. Никогда. Лукас покачал головой. Он вытерпел множество оскорблений от отца.

― Я не отказываюсь от семьи. Я ее обретаю.

Впервые с начала их разговора Лукас заметил настоящие чувства отца за его маской.

― Ты все, что у меня осталось, Лукас.

Лукас не знал, как реагировать на это. Он никогда, ни разу в своей жизни не чувствовал, что важен для своего отца. Такое отношение было нелегко принять, когда он был молод. А потом ему исполнилось тридцать, и он осознал, что был сам по себе, и ему не требовалось ничье одобрение или любовь. Боже, он был таким дураком. Всего несколько недель с Кейтлин показали ему, чего он был лишен, и без чего он думал, что сможет прожить.

Он больше не хотел быть одиноким. И хотя это заставляло чувствовать себя слабым и глупым, он знал, что хотел бы одобрения и любви отца.

Может, Лукас был большим мазохистом, чем думал. Потому что, Господь свидетель, это желание причиняло боль.

Они просидели несколько минут, тишина становилась более напряженной, пока Лукас тянул с ответом.

В конце концов, он нашел нужный.

― Хочешь познакомиться с Кейтлин?

Отец устало потер свой подбородок.

― Ты, действительно, увольняешься?

― Если я останусь, здесь должно все измениться. Мы будем действовать открыто и честно. Мы будем использовать наше богатство, чтобы улучшить город, а не увеличивать наш банковский счет.

― Облагораживание...

― Нет, мы больше не будем вытеснять малый бизнес, не будем выгонять людей из их домов.

― Это шантаж.

Лукас поморщился.

― Считай, что я весь в отца.

Его отец напряженно молчал несколько минут, а потом покачал головой.

― Нет. Ты совсем на меня не похож, иначе у нас не было бы этого разговора.

― Что ж, прошу прощения, что разочаровал.

― Я отказываюсь от этой сделки. Я не буду выкупать твою долю, ― сказал отец.

Лукас начал со злостью подниматься, но его отец махнул рукой, прерывая его доводы.

― Не смотри на меня так. Я не буду выкупать твою долю потому, что ты выкупишь мою.

― Что?

― Я хочу уйти в отставку прежде, чем эта работа меня убьет.

Лукас впервые услышал, как его отец упоминает увольнение или признает, что у него не все в порядке со здоровьем. Мужчина считал, все закончится тем, что у его старика будет инсульт или инфаркт за рабочим столом.

― Ты хочешь уйти в отставку?

Отец кивнул.

― А что об этом думает Астрид?

Лукас никогда не спрашивал отца об его отношениях с его личным ассистентом. В основном потому, что не хотел знать ответ.

Его отец нахмурился.

― Мне наплевать, что она думает. Я не отчитываюсь перед женщинами.

И вот на свет показалась сволочная натура его отца. Лукас пожалел, что затронул эту тему.

― Ладно.

― Но, похоже, ты отчитываешься перед своей, ― сказал отец. ― Не думал, что когда-нибудь доживу до этого дня.

Лукас мог попытаться объяснить свои чувства по отношению к Кейтлин, мог попробовать рассказать, что нормальные отношения не основываются на контроле или власти, или на том, сколько зарабатывает каждый из партнеров. В отношениях каждый что-то дает и что-то получает, приходят к компромиссу. То, чему Лукасу придется научиться с помощью и терпением Кейтлин, на что он очень надеялся. Ей потребуется море терпения, чтобы справиться с ним.

― Я люблю ее. И по какой-то сумасшедшей причине она любит меня. Или, по крайней мере, любила.

― Любила?

Лукас знал, что отец заметит ту часть, которая будет означать слабость.

― «Уайтинг Пропертис» пыталась разрушить ее семейный бизнес, натравив на них налоговую и санинспекцию, чтобы они согласились на сделку. А я и есть «Уайтинг Пропертис».

― А она этого не знала?

― Знала.

Его отец вскинул голову, удивленный ответом.

― И она все равно влюбилась в тебя?

Лукас кивнул.

― Ты дурак.

Очевидно, что его отец многое хотел сказать, но должен был заставить Лукаса спросить. Заставить Лукас умолять.

― Почему? ― неохотно спросил Лукас.

― Если она влюбилась в тебя, зная, какой ты засранец, значит, она все еще тебя любит. Нет никакого прошедшего времени. Ты уверен, что тебе необходимо от всего отказываться? Мне кажется, что ты уже завоевал девушку.

― Я не хочу ее завоевывать. Я хочу быть достойным ее.

Его отец откинулся в кресле.

― Ты считаешь себя недостаточно хорошим? Ты один из самых богатейших людей на Западном побережье, связи твоей семьи...

― Я недостаточно хорош для нее. И это никак не связано с деньгами.

Его отец посмотрел на папку с документами и заворчал.

― Нет ничего неправильного в том, как мы ведем дела. Это эффективно и приносит результаты.

Отец никогда не поймет. Никогда. Пора надавить.

― И мы опять возвращаемся к моему предложению о выкупе моей доли.

― Ты можешь сейчас же уничтожить это предложение. Я не отказываюсь от своих слов. Я не буду выкупать твою долю, Лукас. Мы на завтра назначим совещание с адвокатами. У тебя будет полный контроль над компанией, а я останусь в качестве советника на следующие два года.

Лукас начал возражать этому требованию, но отец его перебил.

― Я не могу просто покинуть компанию. Еще слишком много, ― отец остановился, ― левых сделок, о которых только я знаю.