Читаем Девушка января полностью

― Это обычное дело для каждого. Приходится перецеловать кучу лягушек, чтобы потом однажды, вуаля, и принц.

― Лукас Уайтинг не может быть принцем.

― Почему? ― мама подняла руку, не давая высказаться Кейтлин. ― И ничего не говори о его желании купить паб. Выкини это из головы. Если бы был только Лукас и ты, стала бы с ним встречаться?

Кейтлин отказывалась думать, о которой говорила ее мама, вот уже на протяжении нескольких дней. Было легко оправдать свой побег внешними силами, которые работали против них. По крайней мере, по этому сценарию она могла притвориться, что действует согласно своим принципам, поступает благородно.

Но не это было причиной, по которой она сбежала от Лукаса, и Кейтлин это прекрасно понимала. Это потому, что он был угрозой ее упорядоченной жизни, той ее части, которая считала, что она достаточно самодостаточна и собрана.

Разве не в этом причина, почему он дал ей три дня отсрочки?

― Разберись со своим дерьмом, ― сказал он.

В тот момент она хотела обвинить его, накричать и сказать, что была в полном порядке до тех пор, пока он не ворвался в ее жизнь, и все не пошло к чертям.

Да. Точно. Все уже было не так до ее встречи с ним.

― Он... просто... ― Кейтлин не могла найти нужных слов. ― Он отличается от мужчин, с которыми я раньше встречалась.

― Я знаю. Он сильный доминант, альфа до мозга костей. Сэмми по сравнению с ним просто душка.

― Как ты можешь такое говорить? О том, что он доминант. Ты же даже не встречалась с ним.

― Я была на той встрече, когда он сделал первое предложение о покупке паба.

― О. Я не знала.

― Я мгновенно поняла, что он доминант, услышала в его голосе, увидела в том, как он вел себя, держал под контролем. Когда Трис и Эван сказали, что он позвал тебя на свидание, я забеспокоилась.

Кейтлин закатила глаза и вздохнула.

― Мы что, будем о говорить об «этом»?

Мама рассмеялась.

― Мы говорили об «этом», когда тебе было двенадцать, Кейтлин. Думаю, не так важно, как мы это назовем, не знаю даже, как стоит назвать. Может, пусть это будет женский разговор между лучшими подругами?

― Он включает в себя разговор о твоем сексе с отцом?

― Без сомнения.

― Черт. Ладно. Хорошо. Папа... он... Боже, не могу поверить, что я говорю это... он тоже доминант?

Кейтлин никогда не говорила подобного вслух, никогда задумывалась об этом долго. Одно дело признаться себе, что ты сабмиссив, черты которой унаследовала от матери. Но совсем другое дело думать, что ее отец может приказывать маме встать на колени или, Иисусе, делать то, что делал Лукас с ней.

― Доминант.

― Ты знала об этом, когда начала с ним встречаться?

Ее мама кивнула.

― Да. Он рассказал мне в тот же вечер, когда предложил мне встречаться.

― А ты знала, что ты... ― Кейтлин несколько раз махнула рукой, позволяя жестами сказать то, что она не могла сама.

― Я не понимала, что сабмиссив. На самом деле вначале я боролась с ним.

― О.

― Ты старше, чем была я, когда стала встречаться с твоим отцом. И ты, возможно, натыкалась дома на некоторые вещи, не понимая для чего они. Мы с Уиллом перенесли наши доминантно-сабмиссивные игры в спальню, после того как вы с Локланом родились, но уверена, что некоторые атрибуты могли быть замечены.

― Возможно. Просто это так...

Кейтлин замолчала, понимая, что своими следующими словами может выдать слишком многое. Она могла бы притворяться и дальше. Но у нее все перепуталось в голове, и ей нужна мудрость ее матери.

― Это так интенсивно. Быть с ним.

― Но тебе понравилось.

Кейтлин кивнула. Понравилось. Слишком сильно.

― Я совершила ошибку раньше. Оставалась с Сэмми из-за хорошего секса. Но это не значило, что это нужный мне человек.

― Ты так страстно пыталась найти свою настоящую любовь и создать семью. Я виню за это твоего дедушку. Мужчины ничего не понимают в любовных историях, и я уверена, что он часто рассказывал тебе, как это чудесно найти того самого человека, с которым можно провести всю свою жизнь.

― Но Попс не был не прав. Достаточно лишь посмотреть на тебя и папу, на Тиган и Скай. На всех вас. Вы все нашли любовь, счастье и идеальную жизнь. В нашей семье не было ни одного развода, что большая редкость. Что если я буду единственным исключением?

― Кейтлин, это не соревнование и не правило. Ты не можешь заставить себя любить. Когда это случиться, когда будет правильное время, ты это поймешь.

Кейтлин не хотела признавать, что знала это. Что уже поняла. До этого она притворялась, что дружба с хорошими парнями была близка к «правильному». Она была не права. Между Кейтлин и ее мамой повисла тишина, потому что Кейтлин не была уверена, что ответить.

Оказалось, что ей и не надо ничего говорить. Мама знала ее слишком хорошо.

― Я не могу не думать, возможно, твои сомнения связаны с тем, что Лукас может оказаться тем самым.

Кейтлин подняла руки, признавая поражение.

― Что возвращает нас к причине, по которой я не могу с ним встречаться. Он пытается отнять наше семейное дело, наш дом. В этом мире лишь семья имеет для меня значение. Я никогда не смогла быть с человеком, который причинил боль моей семье.