Читаем Девушка января полностью

― Я начал работать в компании «Уайтинг Пропертис» после того, как получил MBA (прим.: степень магистра) в Гарварде. Я исполнительный директор, пока мой отец ― генеральный.

Она уже знала это с сайта их компании.

― Вы должно быть близки.

Патрик и Трис работали вместе в баре, и они были не разлей вода. Тетя Лейн шутила, что у них один разум на двоих. Патрик начинал рассказывать историю, а Трис ― заканчивал. Или, например, Трис просто махнет головой на полку с алкоголем, и каким-то образом Патрик точно знал, какая бутылка ему требуется.

― Если ты имеешь в виду физическое расстояние, тогда да, мы близки. Его кабинет рядом с моим.

Его краткие ответы заставили ее врасплох.

― Я не это имела в виду.

― Знаю. Мой отец не из тех, с кем легко стать близкими. Он... ― Лукас замолчал, и Кейтлин поняла, что он подбирает слова. ― Он перфекционист, и ожидает максимума от тех, кто на него работает. Он сосредоточен на деталях. Он ничего не скажет, если ты хорошо выполнил свою работу. По его мнению, это самый лучший комплимент. Если же ты его разочаруешь, ты об этом узнаешь: там, где у нет добрых слов, у него бесконечный список критики. Он не прощает провалов. Никогда.

― Боже. Звучит так, словно тот еще сукин сын.

Лукас усмехнулся.

― Так и есть. Очень на него похоже.

― Вот почему его бросила твоя мама? ― Ляпнула Кейтлин.

Воу. Слишком грубо?

Похоже, он заметил ее заминку.

― Я не против этого вопроса. Я прекрасно осведомлен, как много информации крутиться в интернете о моей семье. К тому же я признался, что и сам составил досье на твою семью. До того, как моя мама вышла замуж за моего отца, она уже была наследницей большого состояния. Они очень похожи друг на друга, что касается их любви к деньгам и власти. Когда они познакомились, без сомнения они увидели друг в друге шанс удвоить свое богатство. К сожалению, их жадности не хватило, чтобы сохранить свой брак. Я как-то посмотрел очень старый фильм с Майклом Дугласом, который называется «Война Роузов». Ты его смотрела?

Кейтлин покачала головой.

― Тебе стоит его как-нибудь посмотреть. Он прекрасно описывает жизнь моих родителей.

― Сколько тебе было, когда они развелись?

― Двенадцать. Хотя, как мне кажется, они опоздали с этим на одиннадцать лет.

― Ты часто видишься со своей матерью?

― У нас каждый месяц назначен обед в ее загородном клубе, на котором она информирует меня о делах, которые связаны с ее наследством... и моим. Обычно этот обед длиться где-то с двух до трех, что достаточно долго для нас двоих.

Кейтлин разговаривала с мамой практически каждый день. Не потому, что так надо, а потому что хочется. И с отцом она общалась так же часто. Родители интересовались, что у нее обычно происходит, и они всегда готовы дать ей совет или просто позволить выплакаться, если в этом есть необходимость. Она была поражена тем, насколько отличаются их с Лукасом жизни. Как ему должно быть одиноко.

― Не могу представить, как тебе было расти в таком доме. С такими людьми.

Лукас всегда смотрел ей прямо в глаза на протяжении всей их беседы, но сейчас он перевел его на свой бокал с вином. Он стал крутить бокал, схватившись за ножку.

― Я справился с этим лучше, чем большинство.

― И правда, учитывая, что ты все еще работаешь с отцом.

― Мы партнеры. Мы с отцом много работали, чтобы наш бизнес был процветающим и успешным. У нас похожие цели и... можно сказать... взгляды. Именно поэтому, мне не трудно с ним работать. Хотя, другие бы так не сказали. От нас ушли большая часть наших менеджеров.

― Из-за твоего отца? Или из-за тебя тоже? ― с улыбкой спросила она.

― Судя по твоей улыбке, ты прекрасно знаешь ответ на свой вопрос. Как ты сказала в машине, я тот еще засранец.

― Я сказала сволочь. Ты сам назвал себя засранцем.

Лукас засмеялся.

― И где во всей этой истории твой брат?

Как только с ее губ сорвался этот вопрос, Кейтлин захотела забрать его обратно. Она всегда была слишком любознательной, доставая своих родителей вопросом обо всем на свете, пока была маленькой. Ее отец убедил Кейтлин, что именно ее сила духа и постоянный поиск ответов на свои вопросы стали причиной ее успешной карьеры адвоката. Хотя, в этом случае, она перешла все границы. Простое любопытство превратилось в назойливость, любопытная стерва.

― Пожалуйста, забудь, что я спросила. Это было безумно грубо с моей стороны...

― Нет, ― прервал меня Лукас. ― Ты хорошо потрудилась. Я не против ответить на твой вопрос. Мой брат, Тоби... ― Лукас замолчал. ― Он... он слишком близко к сердцу принимал слова нашего отца.

Кейтлин дотянулась до его руки и сжала ее.

― Я слышала, что он умер. Я не должна была его упоминать. Мне очень жаль.

Он пожал ее в ответ и печально улыбнулся.

― Следователь сказал, что это была передозировка.

Что-то в его голосе подсказало ей, что он был не согласен с этим.

― Это не так?

Ее подозрения подтвердились, когда он тихо добавил:

― Я знаю, что это был суицид.