Читаем Девушка для супермена полностью

– Сядь прямо, Олег! – не выдержала биологичка после пяти минут пристального наблюдения за непоседливым Олегом. Сидя в одиночестве за первой партой – перед учительским столом, – Олег умудрялся поддерживать общение со всеми интересующими его одноклассниками. – Сколько можно, в конце концов! Это крайнее неуважение!

Тамара Ивановна, учительница биологии, любила поучать по любому поводу. А повод появлялся раз в десять минут. Иногда ее возмущала даже такая мелочь, как доклад, спрятанный в прозрачный файл не той стороной.

– Ну извините! – возмущенно ответил Олег.

Всех учителей выводила из себя его вечная довольная ухмылка, с которой, казалось, он родился, и привычка с улыбкой говорить «спасибо», когда ему ставят очередную двойку.

– Да я вообще молчу! – не мог остановиться он.

– Иди к доске!

Самые яркие эмоции у биологички вызывали равнодушные детские лица, меланхолично двигающие челюстями. Тамара впадала в бешенство, когда на ее уроках жевали жвачки. В лучшем случае она посылала к мусорному ведру и заставляла выплюнуть, в худшем – выгоняла из класса до конца урока и писала замечание в дневник.

Но это мало кого останавливало, скорее наоборот: за нелюбовь к жвачкам школьники обозвали Тамару Большой Жвачкой и между собой только так ее и звали.

– Я не знаю, я не готов, – честно признался Олег. – Ставьте мне «два»!

– Видишь, он даже с Большой Жвачкой общается, – шептала Полина мне на ухо. – А со мной – нет. Он готов общаться со всеми, кроме меня. Готов добавить в друзья любого, с кем знаком больше минуты! А меня вообще в черный список занес, блин.

– Тебе кажется это странным?

– Ну, мы же больше года встречались?

– А что было потом? – спросила я. – Ты ждешь, что он сам подойдет к тебе и скажет – вернись, я все прощу?

– Было бы неплохо.

– Наверное, – вздохнула я. – Но так не будет.

– Почему все так плохо… – задумалась Полина. – Мне вот Танька говорит, чтоб я забила на него и что он уже, наверное, с другой вовсю мутит.

– Не знаю, он мне не рассказывал.

– Мышь, мне нужна твоя помощь.

– Какая помощь, Полин? Подойди, попроси прощения.

– Он не станет со мной говорить.

– Позвони с другого номера. Хочешь, с моего.

– Он бросит трубку.

– Ладно, я что-нибудь придумаю.

Тем временем наглость Олега добила Большую Жвачку, и она спокойно вывела напротив его фамилии жирную ехидную «пару».

– Спасибо, – сказал Олег и хитро дернул бровями. – Спасибо!

Олег снова повернулся лицом к классу и заулыбался. Он незаметно махал кому-то рукой и тихо смеялся.

* * *

В пятницу мы с Олегом и Димой собирались в театр. Четвертой должна была пойти Таня, но у нее не получалось выбраться к семи вечера. Оставался лишний билет. Тогда я позвонила Полине и предложила ей пойти с нами.

– Иду я, Димка и Олег, – сказала я. – Сможете поговорить.

– В театре? – прошептала Полина. – Ты с ума сошла? Хотя… театр – это неплохо. Лишний повод надеть красивое платье и показать ему, кого он потерял. А если будет скучно, то можно просто встать и уйти. Слушай, круто. Во сколько встречаемся?

– В шесть на «Чеховской».

Перейти на страницу:

Все книги серии Только для девчонок

Похожие книги

Дон Жуан
Дон Жуан

«Дон-Жуан» — итоговое произведение великого английского поэта Байрона с уникальным для него — не «байроническим»! — героем. На смену одиноким страдальцам наподобие Чайльд-Гарольда приходит беззаботный повеса, влекомый собственными страстями. Они заносят его и в гарем, и в войска под командованием Суворова, и ко двору Екатерины II… «В разнообразии тем подобный самому Шекспиру (с этим согласятся люди, читавшие его "Дон-Жуана"), — писал Вальтер Скотт о Байроне, — он охватывал все стороны человеческой жизни… Ни "Чайльд-Гарольд", ни прекрасные ранние поэмы Байрона не содержат поэтических отрывков более восхитительных, чем те, какие разбросаны в песнях "Дон-Жуана"…»

Джордж Гордон Байрон , Алессандро Барикко , Алексей Константинович Толстой , Эрнст Теодор Гофман , (Джордж Гордон Байрон

Проза для детей / Поэзия / Проза / Классическая проза / Современная проза / Детская проза / Стихи и поэзия
Знаменитость
Знаменитость

Это история о певце, которого слушала вся страна, но никто не знал в лицо. Ленинград. 1982 год. Легко сорвать куш, записав его подпольный концерт, собирается молодой фарцовщик. Но героям придется пройти все круги нелегального рынка звукозаписи, процветавшего в Советском Союзе эпохи Брежнева, чтобы понять: какую цену они готовы заплатить судьбе за право реализовать свой талант?.. Идея книги подсказана песнями и судьбой легендарного шансонье Аркадия Северного (Звездина). Но все персонажи в романе «Знаменитость» вымышлены автором, а события не происходили в действительности. Любое сходство с реальными лицами и фактами случайно. В 2011 году остросюжетный роман «Знаменитость» включен в лонг-лист национальной литературной премии «Большая книга».

Фредерик Браун , Дмитрий Владимирович Тростников , Андрей Васильевич Сульдин , Дмитрий Тростников , Мирза Давыдов

Проза для детей / Проза / Самиздат, сетевая литература / Научная Фантастика / Современная проза