Читаем Девушка без недостатков полностью

– Она себе делает пластическую операцию, а не «тойоте».

– А… Так сильно пострадала в аварии?

– Почти не пострадала. Просто у нее новый любовник.

– У «тойоты»?! – изумился Валдаев.

Если бы на месте Валдаева сейчас был другой мужчина, Лиза, безусловно, очень сильно усомнилась бы в сообразительности собеседника. Но непонятливость Саши вызвала у нее лишь влюбленную улыбку.

Особенная манера подачи информации, свойственная женщинам, всегда очаровывала Александра. «Тойота», операция, любовник – все было свалено в кучу, как нарезанные овощи в кастрюлю. Валдаев открыл рот для следующей фразы, надеясь компенсировать неловкость предыдущего абзаца и сказать что-нибудь интеллектуальное, но внезапно побледнел и замер. Маленький список, приклеенный к стене скотчем, привлек его внимание.

«Алчность, гнев, гордыня, праздность, похотливость, чревоугодие, зависть» – было выведено четким Лизиным почерком. Елизавета ежедневно экзаменовала свои поступки и мысли, выискивая в них отголоски семи смертных грехов. Результаты были неутешительны. Причислив себя к лику неисправимых грешниц, Лиза погружалась в тяжелые раздумья, виртуозно занималась самокопанием. Портила цвет лица, как говорила Алина Владимировна.

– Ты любишь Брэда Питта? – упавшим голосом промямлил сыщик.

– Кто это? – удивленно распахнула красивые (а главное – честные!) глаза Лиза.

– Он играл в фильме «Семь». Оттуда ты и взяла этот список.

– Список я взяла у Данте. Фильм «Семь»? – глубоко задумалась Лиза. – Ах, точно! Я смотрела! Там Гвинет Пэлтроу! Хорошенькая такая! Помню, помню!

– А он ее муж по фильму. Нет, ты правда не знаешь, кто такой Брэд Питт?

– Актер. Я вспомнила. Знаешь, я не очень-то запоминаю фамилии. Гвинет Пэлтроу запомнила, потому что видела еще в трех-четырех фильмах.

– И все? – Напряжение не сходило с лица Валдаева.

– А я что, обязана любить твоего Фрэда Битта?

– Нет! – громко, страстно засопротивлялся сыщик. – Боже упаси!

Дело в том, что бедный парнишка еще не справился с травмой, нанесенной его психике одной из подруг, Евой. Вот кто любил Брэда Питта больше жизни.

Девица всем была хороша – голубоглазая брюнетка с изумительной фигурой, не вредная, не жадная, не амбициозная. Совершенно прелестно умела варить макароны. Не приставала к Пульсатилле. Полный восторг в плане секса – горячая, пылкая, изобретательная, как Кулибин, открытая для пикантного экспериментаторства. И лишь единственный, но сокрушительный недостаток – она была сдвинута на этом американском киноактере, на этой ненавистной голливудской звезде, на этом божестве, о существовании которого Валдаев и не догадывался до знакомства с Евой.

Детектив мучительно размышлял, каким образом ему удалось завладеть голубоглазой красавицей, если все ее мысли были только об одном. Разглядывая себя в зеркале и сопоставляя увиденное с многочисленными фотографиями, плакатами, поселившимися в его бункере одновременно с Евой, Валдаев думал о том, что да, левый полупрофиль (если переделать нос) чем-то отдаленно… И светлые волосы тоже… А фигура, считал Валдаев, у него конечно же гораздо лучше, чем у американца.

За три месяца жизни втроем сыщик возненавидел данный объект всеми силами души. Брэд был всюду – в различных ролях, одетый и голый, с пистолетами и ножами, с женщинами и собаками, с длинными волосами и короткими – смотрел со стен, словно издеваясь. Ведь Валдаев, как бы он ни старался, всегда проигрывал соперничество. Саша чувствовал – им удовлетворяются из-за невозможности получить в пользование оригинал. Он – всего лишь слабая копия, жалкое телесное воспроизведение недоступной мечты. Он – волосатая курица, которую утонченная, но голодная мадемуазель ест, оттопырив пальчики, потому что ей не дали фаршированного фазана.

Ева сутками висела в Интернете, собирая новости о кумире. Упросила Валдаева купить фотопринтер, чтобы дергать из Сети картинки с любимой рожей, и видеомагнитофон, печатающий фотографии понравившихся кадров. А ей нравились все кадры с участием названного мальчугана. Она писала письма в фан-клубы. Часами висела на телефоне, обсуждая с такой же чокнутой подругой, как изумительно надулся правый бицепс Брэдушки в тот момент, когда он поднял револьвер, или как феноменально красиво развевались волосы Брэдика во время скачки на лошади. Ева наизусть знала фильмографию актера начиная с картин, когда он еще и не упоминался в титрах, и многократно смотрела их все. Ева пыталась и Валдаева приблизить к идеалу. Мягко намекала о необходимости отрастить волосы до талии, вставить три штифта в челюсть (чтобы добиться американской массивности) и брать уроки верховой езды.