Читаем Девственный огонь полностью

Тревис обычно так его не называл. Уилл Парнелл говорил, что восемь лет это уже очень большой возраст для детских словечек, но теперь Тревис забыл об этом. Он очень испугался: кто-то убил его отца.

Он оглянулся вокруг и побежал вниз сказать мужчине за стойкой, что папе нужен доктор.

— Похоже, что ему нужно лишь хорошенько выспаться, — сказал мужчина. — Он купил две бутылки после обеда.

— Там кровь! — крикнул Тревис. — Ему нужен доктор.

Мужчина быстро взбежал по лестнице и вошел в комнату без стука.

— Плохая леди стреляла в него, — сказал Тревис.

— Какая леди?

— Миссис Грисхем. Она живет возле Катлмен Банка.

— Ну, то история для книг.

Каких книг? Тревис не понимал.

Мужчина пересек комнату, подошел к креслу, положил руку на шею Уильяма Генри Парнелла и покачал головой.

— Ему не нужен доктор, малыш. Он мертв.

— Нет! Это неправда! — Тревис знал, что такое смерть. Его мама умерла. Если отец тоже умер, то его положат в землю и закопают. Он никогда не вернется назад!

— Он не умер, — сказал Тревис, — плохая леди стреляла в него, но...

— Не говори так, малыш! Ты наживешь себе неприятности, рассказывая неправду о таких важных людях, как миссис Грисхем. Влиятельные люди не разгуливают с пистолетами в руках, стреляя в людей.

— Но...

— Пойдем со мной. Я вызову полицию.

Люди в холле заволновались, услышав, что Уилл Парнелл застрелился, хотя Тревис знал, что это неправда. Папа не мог так сделать. Но они не стали его слушать. Они говорили: «Уйди, мальчик» или «Не дергай меня за рукав, малыш».

Пока Тревис ждал, сидя на стуле в углу, приехала полиция, а мужчина, который ее вызвал, ушел домой. Затем новый клерк за стойкой подошел и приказал Тревису выйти за дверь, добавив, что нельзя слоняться в холле и он должен идти домой. Тревис не знал, как он может пойти домой без отца, он даже не знал, что значит «слоняться».

Поскольку ему не разрешили остаться у парадного входа, он уснул на черной лестнице. Когда он проснулся, было уже темно. Он должен был найти отца, но когда он пробрался в комнату, то папы там не было.

Тревис закрыл за собой дверь и медленно пошел к парадной двери. Они должны были отвезти папу к доктору, ведь так было, когда умирала мама. Он вышел из отеля и пошел по улице, высматривая вывеску доктора, но найти не смог. Наконец он спросил об этом мальчика в ливрее.

— У тебя есть деньги на доктора? — Когда Тревис кивнул, мальчик потащил его в переулок, ударил и бросил на кучу ящиков и мусора. Тревис попытался встать и дать сдачи, как его дома учили ковбои, но мальчик опять ударил его и бросил на землю, прошипев:

— Ты, упрямый маленький ублюдок!

После третьего удара Тревис не смог подняться — у него потемнело в глазах и все вдруг куда-то провалилось. Когда он пришел в себя, то рядом никого не было. Сильно болела голова. Деньги и теплая куртка исчезли. Чувствуя боль в желудке и головокружение и надеясь, что большой мальчик не вернется бить его, он залез в деревянный ящик, чтобы подождать папу. Он был голоден и продрог, но знал, что папа найдет его сразу же, как только доктор его спасет.

Тревис проснулся только на следующее утро. Его разбудил серый ноябрьский рассвет. «Папа уже сильно беспокоится», — подумал он, и необъяснимый страх пронзил его сердце. Не зная, куда еще можно пойти, он вернулся в отель и еще раз спросил об отце.

— Не знаю такого, — ответил клерк за стойкой.

— Человек, убитый вчера вечером, — настаивал Тревис.

— Самоубийца? Он мертв, что же еще. Никто не говорил, что с ним был мальчишка, а если и был, то уж не такой грязный маленький попрошайка, как ты. А теперь убирайся отсюда, пока я не вызвал полицию.

Тревис знал, что он грязный, но ему было негде помыться — ни здесь, ни в другом месте, ни даже, может быть, в Джек Каунти. Он начал понимать, что его отец действительно мертв; но с другой стороны, может, он пошел искать Тревиса... Папа никогда не бросит Тревиса, не позволит спать в ящике, не оставит без завтрака.

Еще раз он оглянулся на чужой город, которым только вчера восхищался. Что же делать? Идти домой? Но до Джек Каунти тысячи миль, а он не знает, как туда добраться. Даже если он и найдет дорогу домой, мама и папа его не ждут. И хотя отец всегда говорил ему, что они партнеры, Тревис знал, что ковбои так не считают. Им нужен взрослый, который отдает приказания и платит деньги.

Растерянный и испуганный, он устало брел по улице мимо магазинов, где продавались седла, ни одно из которых он не получит ко дню рождения, мимо ресторанов, откуда доносился запах бекона, который он не купит. Наконец он подошел к Катлмен Банку. Тревис долго стоял перед ним, вытирая глаза. Он плакал, хотя знал, что уже слишком большой, чтобы плакать, — так говорил отец.

Эта плохая леди убила его отца. Она, должно быть, очень счастлива, что в Джек Каунти был тяжелый год и что ее муж не дал папе денег. Она, наверно, очень счастлива, что Уильям Генри Парнелл мертв.

Тревис еще раз вытер слезы. Он навсегда запомнит эту леди, ее мужа, их банк. Когда он вырастет, то отомстит им за смерть отца.