Читаем Девственная селедка полностью

– Да, старик такой профи… Мы с Вавочкой только сунули туда нос, как он говорит: «Мадам, есть шуба специально для вас!» Снял с вешалки, Вавка ахнула, примерила – чудо! Как на заказ сшито! С одного взгляда… Я говорю, может еще в других магазинах посмотрим, а она ни в какую. Хочу эту! Так мы потом, уже купив, в другие магазины все-таки заглянули. Но ничего даже близко напоминающего эту шубу не увидели.

– Да, Олежек, ты, как это у классика говорилось: какой-то там «идеал московских всей мужей». Повезло Вавке!

– Знаешь, это мне повезло, старичок. Мне с ней легко.

– И на сторону не ходишь?

– Специально нет. Зачем? Но если подвернется что-то и можно без особого риска, то почему бы и нет…

– Ну да, пресловутая полигамия… – засмеялся Родион. – А что тут надо заказывать?

– Я лично обожаю мусаку.

– Это что-то с баклажанами, да?

– Да.

– Ну что ж, поскольку мы в Греции, будем есть мусаку и пить метаксу?

– Давай!

– А ты куда это смотришь, Олег?

– А тут эта бабенка…

– Какая?

– Не оглядывайся, неудобно.

– Какая бабенка? Объясни толком.

– Та, что я для тебя присмотрел. Но, боюсь, ты опоздал, она тут с молодым любовником.

– А ей сколько?

– Максимум тридцать три – тридцать четыре.

– А любовнику?

– Лет двадцать. Красавец…

– Тем интереснее будет отбить.

– Так ты ж ее еще не видел! – засмеялся Олег.

– Сейчас погляжу! – Родион встал и направился вглубь кафе – они сидели на террасе – в туалет. Через несколько минут он появился и рассеянным взглядом окинул террасу. Его как будто ударили под дых. С первого, мимолетного взгляда он понял, что это его женщина. Он любил эту чисто русскую красоту. Русые, гладко зачесанные волосы, прелестный овал чистого, нетронутого ботоксом и прочими мерзостями лица. Большие синие глаза, грустные и глубокие. И на лице явственно читалась любовь. Надо сказать, что и объект этой любви был хорош! Отобью! Во что бы то ни стало, отобью!

– Ну что?

– Недурна…

– Я все-таки выиграл пари?

– Какое еще пари? – рассеянно спросил Родион.

– С Вавочкой.

– …Пожалуй, выиграл… А что ты выиграл?

– Торт!

– Ах да, ты же любишь сладкое…

– Обожаю, а Вавочка меня ограничивает. Слушай, а столь юный соперник тебя не смущает?

– Да где мальчишке со мной тягаться? Слушай, а как ее зовут?

– У нее красивое имя… Лали.

– Лали? Что это за имя?

– Не знаю…

– Погоди, кажется, у Окуджавы что-то было… В темно-красном своем будет петь для меня моя Лали…

– Дали, старичок, Дали…

– Подумаешь! А для меня будет петь Лали…

– Ну ты самоуверенный тип!

– Хочешь пари, еще на тортик?

– Нет, Родя, я на такие вещи не спорю. Когда дело касается женщин, нет уж, уволь…

– Вот за что я люблю тебя, Олежек, так это за твою порядочность… В наше время это раритет. Давай-ка за это выпьем!

Родиону безумно хотелось оглянуться.

– Скажи, а что еще ты о ней знаешь?

– Да ничего практически. Приехала одна, парень появился только сегодня. Ходит все время в черном, даже купальники и те черные… Курит. Впрочем, это я только сейчас увидел. Отлично говорит по-немецки, я слышал на рецепшн.

– Но она русская?

– Да. На пляже читает русские книжки. А ты что, всерьез решил приударить за ней?..

– Да, знаешь ли… Она меня заинтриговала.

– Вот так, с первого взгляда, на выходе из сортира?

– Представь себе.

– Верю, ибо хорошо тебя знаю. Ты всегда быстро загорался… Но признайся, будь она тут одна, такого эффекта не было бы?

– Возможно, – улыбнулся Родион, а про себя произнес: «Был бы… Это моя женщина».

– Значит, хочешь разбить бедняжке сердце, отвадить от нее этого юного красавца, а потом бросить?

– Нет, – покачал головой Родион. – Я готов хоть завтра на ней жениться.

Олегу показалось, что он ослышался.

– Что ты сейчас сказал?

– Повторяю для глухих: Я… готов… на ней жениться. Хоть завтра.

– Ни фига себе! – ахнул Олег. – А если она не клюнет на тебя?

– Почему это?

– Может, она и вправду любит этого мальчика?

– Разлюбит!

– А если она замужем и это просто курортный роман?

– Разведется.

– Глупые шутки, – рассердился вдруг Олег Васильевич.

– А я не шучу.

– Ладно, брось. Расскажи лучше, как твои дела?

– Какие?

– Работа твоя как?

– Работа? Нормально, как говорят нынче молодые, все пучком. Кстати, ты понимаешь, почему пучком?

– Понятия не имею. Это надо у нашей Насти спросить.

– А вы почему ее с собой не взяли?

– Так сентябрь же. В школе она.

– А с кем осталась?

– Одна.

– И ты не боишься?

– Да нет, она взрослая разумная девица.

– А парень у нее есть?

– Школьные мальчишки крутятся, но она их презирает.

– Черт, когда я ее видел последний раз, это был еще утенок, хоть и не гадкий, но все же…

– А теперь такая стала… Но хорошая… умная…

– лицо Олега расплылось от отцовской гордости.

– Но честолюбива – жуть! В кого, не пойму.

– Честолюбие штука полезная, в наше время особенно.

Олег Васильевич увидел, что Лали со своим красавцем поднялись и пошли к выходу. Юноша положил руку на плечо дамы.

– Уходят, – сказал Олег другу.

– Ничего, увидимся с ней в отеле. Слушай, а парень с ней в одном номере?

– Откуда я знаю? Он только нынче утром появился. Но надо полагать…

– Ну, если она замужняя, должна жить отдельно. Иначе риск большой.

– Слушай, а может, она вдова? Потому и ходит в черном?