Читаем Девочка с лисьим хвостом. Том 6 полностью

На русском языке публикуется впервые

Сон Вон Пхён

Девочка с лисьим хвостом. Том 6 / Сон Вон Пхён; пер. с кор. Дарьи Крутовой; илл. Ман Муль Сан. — Москва: Манн, Иванов и Фербер, 2025. — (Девочка с лисьим хвостом).

ISBN 978-5-00250-190-8

История о новом хвосте удивительной девочки-кумихо. Должна ли пугать меланхолия?

Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Original title:

Vol. 6: 2025 (THE MAGIC OF BLACK TAIL)

Text © (2025) by Sohn Won-pyung

Illustration © (2025) by Mr. General Store

All rights reserved.

Originally published in Korea by Changbi Publishers, Inc.

Russian Translation © Mann, Ivanov and Ferber, 2025

Russian translation was published by arrangement with Changbi Publishers, Inc.

© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2025

Автор: Сон Вон Пхён

Родилась в Сеуле, изучала социологию и философию в университете Соган, а также кинорежиссуру в Корейской академии искусства. Её дебютный роман «Миндаль» удостоен премии за лучшее произведение в области литературы для подростков Changbi, успешными были романы «Контратака тридцати», «Призма», «Труба», сборник «Дом других». Сон Вон Пхён написала сценарии к нескольким короткометражным фильмам и выступила режиссёром полнометражной картины «Незваный гость» по собственному сценарию. Она является лауреатом премии кинокритиков Cine21 и литературной премии мира Чеджу 4.3.

Художник: Ман Муль Сан

Дебютировала в Kakao Webtoon с вебтуном «Домовой носка». Эта добрая, тёплая сказка стала невероятно популярной, а после выхода вебтунов «Жди меня там, где падают звёзды» Ман Муль Сан окончательно выработала свой особый стиль.

^{* Кумихо, или лис с девятью хвостами, — оборотень из корейской мифологии. Здесь и далее примечания переводчика.}

^{** Кысынсе — с острова Чеджудо, за которым всегда следуют ветер и дождь.}

Наступил ноябрь — мой самый ненавистный месяц в году.

Во-первых, в ноябре нет ни одного праздника! Ни единого подарочка в виде лишнего красного дня в календаре — знай ходи в школу пять дней в неделю.

А листья в ноябре, ещё совсем недавно красивые, разноцветные, жухнут, и начинается колючая зима.

Вот и тогда стало пасмурно, а проливной дождь унёс последние яркие листья с ветвей. Весь мир поблёк. Сквозь голые ветки осиротевших деревьев задувал пронзительный ветер.

Изменилось не только время года. В нашей семье вдруг всё стало по-другому. Раньше в комнатах постоянно слышался радостный смех, но теперь погода в доме была мрачной и угрюмой. У папы на лице застыло каменное выражение, а ведь прежде он всегда смотрел на меня с тёплой улыбкой. И я уже не помню, когда он в последний раз готовил свои фирменные блюда.

Но и мама, словно поддерживая папу, замолчала.

Нина — сухопутная черепаха, которую папе купили в детстве. Ему было одиннадцать — как и мне сейчас, — когда дедушка принёс её домой.

Дедушка сказал, что черепахи живут долго, поэтому Нина станет ему другом на всю жизнь.

Так и получилось: папа с Ниной не разлучались. Сначала черепашка была не больше детской ладони, но, как и папа, со временем выросла.

Когда мои родители поженились, папе пришлось расстаться с Ниной, но всякий раз, когда мы приезжали к бабушке, он тут же мчался к подруге детства. А Нина едва заметно моргала, преданно глядя на папу.

Мне нравилось гладить её по панцирю. Казалось, что под узорами прячется какое-то удивительное сокровище.

Но потом пришло злополучное лето, когда Нина внезапно захирела. Её возили по ветеринарным клиникам, но врачи только разводили руками, а черепашке с каждым днём становилось хуже. Она перестала есть и пить, совсем высохла.

И когда облетали последние листья, Нина навсегда закрыла глаза. Так папа потерял своего старого верного друга.

Папа обвинял себя в смерти Нины. Упрекал себя в недостаточном внимании к её страданиям и в отсутствии заботы. Он сидел рядом с мёртвой Ниной и бесконечно плакал.

Я никогда раньше не видела его слёз и не знала, что сказать.

Папа поглаживал панцирь и шептал:

— Нина, прости меня. Мне следовало чаще тебя навещать… Если бы мы раньше узнали про твою болезнь, сразу бы поехали к ветеринару, и тогда наверняка можно было что-то сделать… Это всё из-за меня!

И время для папы остановилось. Он перестал готовить, да и сам почти не ел. Он не шутил, не смеялся, даже не улыбался. Отец будто увяз в глубоком чёрном болоте горькой печали.