Читаем Девочка на шаре полностью

Ленни очнулась, но не могла разжать руки и лежала, вцепившись во влажную от пота и слез подушку. Тонкая ткань наволочки порвалась — и из прорехи выпорхнули две пушинки.

— Мисс Елена, слава всевышнему, вы проснулись, — прошептал Колбридж. Он сидел у изголовья кровати, с трудом втиснув свое пухлое тело в маленькое креслице. — Вы говорили во сне, даже что-то пели. Действие лекарств, наверное… Все обошлось. Они вытащили пулю и надеются, что удастся избежать осложнений. Заживет, как на щенке…

Ленни раздвинула губы в улыбке. Толстячок Колбридж… Вот уж с кем действительно спокойно.

— Что с пленками? — прошептала она, облизывая пересохшие губы.

— Не волнуйтесь, мисс Елена. Я снял гостиничный номер на чужое имя. — Колбридж легко поглаживал ее одеяло. — Мне помогла Лилия. Пленки в шкафу, в двух шляпных коробках. Полиция делала обыск, но мы их опередили. Оставили только готовые киножурналы и брак. — Колбридж помолчал и грустно добавил: — Оборудование изъяли. Автоколонну до конца следствия из города не выпускают.

О покушении на Станиславского трубили все газеты. Неточка Буслаев сделал громогласное заявление в полиции о том, что он тщательно в течение нескольких месяцев готовил акцию, следил за гастрольным расписанием Художественного театра, продумывал мизансцену.

— Дело не в том, господа, чтобы зарядить барабан револьвера и позволить пуле совершить свой фатальный перелет по маршруту «дуло — череп»! То дело техники, то дело людей, которые служат культу вселенской рулетки: пан или пропал! Однако ваш покорный слуга мыслил сотворить произведение футуристического искусства — созидание через разрушение! Представьте себе воздушный спектакль, главный персонаж которого — черная точка, невидимая и неизбежная. Сверхточка — восклицательный знак. Пуля и есть восклицательный знак! Именно восклицательный знак должен расчистить место для нового языка, освободить нас от тюрьмы чужих поношенных слов, в которой нас держит реалистическое искусство. Кинопленка способна запечатлеть революционный полет восклицательного знака! Футуристы всего мира увидят…

Адвокат, ангажированный семьей Буслаевых в Харькове и постоянно находящийся при Неточке, день за днем мирно объяснял, что экзальтация поэта-футуриста является родом психического расстройства, сыпал медицинскими терминами и примерами из трудов известных врачей. И то правда, от поэтической ахинеи Неточки у местного полицейского чиновничества кружились головы. Кто-то из молодых выдвинул предположение, не является ли команда киносъемщиков террористической группой, которая под видом кинокамер и прочей техники транспортирует оружие. Выдумщика быстро зашикали, однако неприятные сомнения остались. Решили поскорее переправить Буслаева в столицу — пусть там разбираются. Тем более что пострадавшая — госпожа Оффеншталь — передала в участок письмо, что не имеет претензий к стрелявшему.

«Верховный продюсер» Анатольев отмалчивался — непонятно было ему, куда свернет следствие и как толком использовать шумиху, если вообще использовать. Ленни попросила врача не пускать к ней никого, кроме Колбриджа, Михеева и Лилии. Впрочем, последние двое к ней и не стремились. Лилия лежала в гостиничном номере с флаконом успокоительных капель в руках и мокрым полотенцем на голове. Михеев сидел при ней. Ленни улыбнулась, услышав об этом: может, общее несчастье их наконец сведет. Родители Ленни прислали телеграмму, рвались приехать в Харьков, но ей удалось их отговорить. Лизхен же путешествовала по норвежским шхерам.

Через сутки Ленни почувствовала себя лучше. А через два дня, когда дискуссии о криминальных художествах Неточки были в самом разгаре и местное сообщество авангардистов прошествовало перед полицейским участком с плакатом «Свободу пилотам кубофутуризма», она сбежала из больницы. У медицинской сестры еще утром выпросила мази и бинты, сказав, что сама сменит повязку. Та согласилась: было воскресенье, и ей хотелось погулять с женихом в саду.