Читаем Девочка моя ненаглядная полностью

– Итак, дети, вчера вы с друзьями отметили свой день рождения. Хорошо, как вижу, отметили. Василий два часа пьяные тела по домам развозил, – хохотнул он. – А сегодня сюда придут поздравлять вас солидные люди. Так что вечером чтобы были дома и оделись во всё самое дорогое. Варвара, обязательно надень изумрудные бусы. Хочу, чтобы все севрюгой подавились от зависти!

Отец довольно хохотнул.

– Папочка, а можно я не буду с твоими гостями сидеть? – скривилась Варя. – Мне с ними так скучно!

– Ничего, доча, потерпишь, – приобнял он её и поцеловал в макушку. – Полюбуешься, как важные люди будут тебе ручку целовать да в ножки кланяться. Потому что ты не какая-то там Дуська из шестого подъезда. Ты дочь самого Петра Самохвалова!!!

– И много народу будет? – загорелись глаза у Иннокентия.

– А вот это мы посмотрим, кто меня уважает, кто не побрезгует прийти и лично поздравить с совершеннолетием моих детей. И подарки их оценим. Вот увидите, они не какое-то там фуфло принесут. Они вас как царских детей одарят! – важно сказал отец, подняв указательный палец к потолку. И, кинув презрительный взгляд на жену, добавил: – Ну и ты оденься поприличнее. Да помалкивай весь вечер. А то как начнёшь кудахтать какую-нибудь глупость, аж уши вянут…

– Я? Глупость?! – обиделась мать. – Да я образованнее и начитаннее, чем все твои друзья! Я, между прочим, окончила университет и могла бы быть журналисткой…. если бы за тебя замуж не вышла…

Последние слова мать произнесла почти шёпотом. Но отец их услышал и рассвирепел.

– Что? Ты жалеешь, что замуж за меня вышла?! Да кем ты была без меня? Нищей писакой во второсортной газетёнке. Да у тебя было всего одно платье, которое ты по ночам стирала, а утром утюгом высушивала! Ты даже не знала, что такое сливочное масло! Ела только хлеб да каши на воде! А сейчас, полюбуйся на себя! Даже дома в бархате и золоте ходишь!

Он схватил её за воротник нового халата и так дёрнул, что разорвал ткань.

– Петя! – испуганно вскрикнула мать.

Но отец уже разошёлся не на шутку. А в гневе он был страшен.

– Что «Петя»! Тварь ты неблагодарная! Я тебя, можно сказать, на помойке нашёл! Приодел, накормил. Привыкла уже жрать чёрную икру ложками, да? Ну давай, ешь ещё. Я добрый! Мне ничего не жалко! Ешь!

Пётр зачерпнул руками из хрустальной вазочки горсть икры и размазал её по лицу жены.

– Петенька, не надо! Дети ведь смотрят! – беспомощно пролепетала Татьяна Ивановна.

Иннокентий действительно с восторгом наблюдал за отцом. Парня выходки Петра восхищали. Он жадно впитывал каждое слово, каждый жест отца. Ему казалось, что именно так и должен вести себя настоящий мужчина.

А Варя уткнулась в тарелку. Она никак за все годы не могла привыкнуть к этим скандалам.

– Папа! Мама! Перестаньте! Дайте спокойно позавтракать. У нас всё-таки день рождения, а вы с утра настроение портите, – возмутилась девушка.

Отец тут же успокоился.

– Всё-всё, доча, кушай. Кушай, принцесса моя! Не буду тебе мешать, – он поцеловал Варю в щёку и вышел из комнаты.

Мать тоже ушла в ванную смывать с себя икру.

– Ненавижу эти скандалы! – вспылила Варя. – Я презираю их обоих за эти мерзкие сцены, которые повторяются изо дня в день! Как может отец быть таким грубым по отношению к женщине?! И почему мать, как рабыня, всё это терпит?! Да при желании она могла бы просто оттолкнуть его, и отец отлетел бы в дальний угол. Она же намного выше и крупнее его! Но мама всё время только молчит да украдкой плачет. Даже словом его на место не может поставить! Как это отвратительно!

– Да нормальные сцены, – сковыривая пальцем с торта кремовую розочку, вальяжно произнёс Иннокентий. – Чего тут такого? Я лично отца уважаю! Он у нас маленький, некрасивый, полуграмотный мужик, а держит в ежовых рукавицах интеллигентную, умную женщину, бывшую первую красавицу Москвы! Ведь это здорово! Да, деньги дают огромную власть, в том числе и над женщинами!

– Лично я ни за какие деньги не буду терпеть такое от своего мужа! Я никому не позволю себя унижать! Если мой муж будет со мной таким грубым, то я от него уйду! – сказала убеждённо Варя.

– И куда ты денешься? К отцу прибежишь? Да он тебя первый за дверь выставит, скажет, чтобы к мужу возвращалась. Так что не зарекайся! – равнодушно ответил брат, со смаком облизывая палец.

Варя посмотрела полными ужаса глазами на брата.

– А что, все мужчины так к своим жёнам относятся?!! Какой кошмар! Уж лучше я тогда вообще замуж не выйду!

– Ну-ну, посмотрим… – ухмыльнулся Иннокентий, принявшись за вторую кремовую розочку. – Могу поспорить, что мы уже в этом или следующем году сыграем твою свадьбу! Ты слишком красивая, поэтому не стоит ждать, пока тебя какой-нибудь нищий простофиля в девках обрюхатит. Мы с отцом постараемся тебя поскорее пристроить.

– Что значит «постараетесь пристроить»? Я вам не рабыня! Да и вообще ты-то тут при чём? – возмутилась Варя.

– Я второй мужчина в этой семье, – чванливо произнёс Иннокентий, – а поэтому я за тебя в ответе.

– Послушай, Кешка, не лезь в мою жизнь! По-хорошему прошу! А не то… – показала ему кулак Варя и демонстративно отвернулась от брата.