Читаем Девочка-мебель полностью

Проснувшись, Янка села, и попыталась расчесать волосы. Она легла спать с мокрой головой, да ещё мокрой от солёной воды, поэтому расчесаться у неё не получилось. Хорошо хоть песок из волос вычёсывать не надо. Песок стал для неё в десять раз мельче, чем раньше была, например, сахарная пудра. Так, пару брёвен и одну подводную лодку из головы вытащила, и хватит, будем считать, что умылась. Янка встала, потянулась… Ой. Только что был день! И тут же ночь – чёрное небо, звёзды горят. Ой. Янка посмотрела вниз. Внизу отыскался земной шар. Именно шар, она и раньше не сомневалась в том, что Земля круглая, а теперь и сама в этом убедилась. Облака плыли у неё на уровне живота. Одна нога занимала всю южную оконечность Африки, другая стояла в воде. От чего уровень мирового океана поднялся, и вода начала затапливать прибрежные города.

– Да, кажется, я переросла эту планету, – она тяжело вздохнула.

Янка с чпоком выдрала правую ногу из Африки.

«След на миллиард лет теперь останется, – подумала она, – как кратер от гигантского метеорита».

Левую ногу она вытащила из воды, попыталась отряхнуть, нечаянно вызвав ураган. И пошла дальше. В космосе она пока помещается – и то ладно.

* * *

Луну она решила не трогать. Очень хотелось ткнуть в неё пальцем, но кто его знает, чего ждать от этих маленьких планет. Ещё улетит, лови её потом по всему космосу, вешай на место. А вот красивый камешек из кольца Сатурна в карман сунула. Там этих камешков миллионы, никто не хватится. Ну и больше ничего интересного в Солнечной системе она не обнаружила. Планеты, кроме Земли, необитаемые. На Юпитере какое-то газовое облако извивалось подозрительно, но, сколько Янка ему руками ни махала, никакой реакции не добилась. Ладно, пойдём дальше.

Дальше, то есть в дальнем космосе, было повеселее. А иногда и пострашнее. Янка решила, что руками планеты лучше не трогать, она же одним пальцем может целый континент утопить. И, проходя мимо очередной планеты, проводила рукой по атмосфере, будто поглаживая этот шарик по шёрстке. Ну, не могла удержаться. Такие миленькие шарики. И вдруг раз – она всего лишь приложила ладонь к облачному слою – а её мизинец вспыхнул от боли.

– Ай!

Янка чуть не сунула палец в рот, по привычке, но вовремя остановилась: на мизинце болталась какая-то помесь бульдозера с бульдогом размером с Австралию. Янка резко тряхнула рукой, чудовище отцепилось и полетело куда-то в созвездие Стрельца, причём его глаза в вакууме всё выпучивались и выпучивались, а щёки надувались и надувались. Тварь явно не радовалась результату своей охоты.

– Это же космос, без давления атмосферы его разорвёт как воздушный шарик, если надуть слишком сильно, – догадалась Янка.

Пришлось ловить создание с гусеницами вместо ног и ртом вместо ковша, и засовывать обратно в родные облака, с виду совершенно ядовитые.

После этого случая Янка, если хотела посмотреть, что твориться на планете, сначала макала в воздушный слой специально пойманный метеорит, и, если ничего не происходило, трогала атмосферу рукой, а потом и заглядывала под облака.

Ей попадались белые голые каменные шары, и шары, сплошь покрытые оранжевой водой. Попадались планеты чёрные, от полюса до полюса заросшие чёрным лесом, в котором не жили даже насекомые. Поговорить тут явно было не с кем. А какие-то планеты выглядели необитаемыми только на первый взгляд. На второй взгляд могло оказаться, что континенты – это и есть обитатели планеты, только очень большие и очень медленные, но вполне разумные. Один из них даже начал складывать на своей спине из горных хребтов слово «привет». По крайней мере, Янка так подумала. Ей хватило терпенья только на букву «П» да и то не целиком. А всего слова пришлось бы ждать пару столетий. Так что Янка помахала континенту, формой напоминавшему гриб, рукой и пошла дальше. Шла и думала: а вдруг он хотел написать не «привет», а «проваливай»?

– Какие на этой планете негостеприимные континенты, – разозлилась было Янка, но сообразила, что это можно быть и слово «помогите».

Решила заглянуть сюда лет через двести, если оказия будет, тогда, наверное, слово появится целиком.

С планетами, населёнными обитателями нормального размера, было, как ни странно, поскучнее. Из космоса, или с высоты нижнего слоя облаков, если плотные, Янка видела города, дороги, плотины, поля. Ну и толку со всего этого? Она даже людей не могла рассмотреть, такие они для неё были мелкие.

Янка не догадывалась, что обитатели этих планет, во-первых, не были людьми, во-вторых, они-то её отлично видели. Представьте, что вы идёте на работу, никого не трогаете, вдруг из облаков появляется огромный нос, а за ним два огромных глаза. И эти два огромных глаза внимательно так на вас смотрят. Есть от чего сделаться заикой.