Читаем Девочка-лиса полностью

От вида лисьей маски ее охватывает омерзение. Она до неприятного подробно прорисована и, как и некоторые другие животные на картине, мерзко ухмыляется. Глаза глубоко посажены и подведены черным. Ее поражает, что морды животных выглядят состаренными и огрубевшими, тогда как детские тела изображены нарочито пухлыми, с розовым младенческим румянцем. Разглядывая картину, она обращает внимание и на то, как на ней выписан свет. Он кажется жгучим и ярким, как если бы небо, нависшее за детскими спинами, пылало огнем.

В маленькой библиотеке, которой оканчивается коридор, стоит мрак. Ей приходится на ощупь искать на стене выключатель. Все здесь в идеальном порядке. Переводы псалмов, которые точно насчитывают несколько сотен лет, первые издания знаменитых романов и масса других книг. Корешки многих из них выглядят блеклыми и невзрачными. Не будь защитных стекол с цифровыми замками и сигнализацией на каждой полке, вряд ли кому-нибудь пришло бы в голову, что эти книги стоят немалых денег.

Темно-зеленая штора скрывает один из углов комнаты, свисая от потолка до самого пола, и оттуда чуть тянет ветерком. За ней скрывается французское окно, ведущее прямо в сад. Кто-то в округе рано встал и разжег костер из листьев и веток, Санна чувствует сухой затхлый запах и слышит потрескивание близкого костра.

Она выходит в сад на пожухлую лужайку. В отличие от парадной части сада, примыкающей к фасаду дома, эта совсем невелика. По периметру она обсажена туями и кустистой сиренью, которые скрывают этот участок сада от посторонних глаз. Но кое-где из-за засохших ветвей в живой изгороди успели образоваться дыры, достаточно большие, чтобы сквозь них смог пробраться взрослый мужчина. Она стоит прямо на линии отступления преступника.

Сверху слышится скрип открываемого окна. Единственный дом, из которого виден этот кусок сада, –  соседский, и вот теперь соседка стоит у окна и смотрит на нее.

– Вы не могли бы попросить их перестать палить листья? –  кричит она.

Она смотрит на ее лицо против света. Плечи опущены, шея теряется в складках кожи.

– Вы точно совсем ничего не заметили утром в саду? –  спрашивает Санна.

– Нет, –  отвечает соседка.

– Может, что-то слышали? Хоть что-нибудь?

– Нет. Ничего. А не то я бы вам рассказала.

Санна кивает и идет обратно к двери в сад.

– У меня бронхи слабые. Скажите им, чтобы затушили костер.

В гостиной Эйр стоит перед большим букетом цветов. На изящном столике рядом с вазой лежит небольшая стопка глянцевых журналов. Эйр изучает воткнутую в букет карточку.

– Что там написано? –  спрашивает Санна, заходя в комнату.

– Она отдала в дар все свои книги. Это открытка из местной библиотеки.

– Надо проверить. Выясни, с кем она общалась в библиотеке и был ли кто-то недоволен фактом дарения.

Глядя на Санну в этом туманном утреннем свете, Эйр думает, что ее ледяной взгляд и светлые волосы отлично дополняют друг друга. Она поражает какой-то холодной, отстраненной красотой, когда стоит вот так, замерев на месте, и разглядывает Мари-Луиз.

– Ну, так это. Что тут за фигня стряслась, как думаешь? –  интересуется Эйр.

– Кто бы это ни сделал, он постарался гарантировать, чтобы в ней не осталось ни капли жизни. Никогда не видела ничего подобного. Одного-двух ударов ножом было бы достаточно, а здесь… Такая злоба…

Санна умолкает на полуслове.

– И? –  настаивает Эйр, машинально проводя пальцем по корешкам журналов. –  Что ты обо всем этом думаешь?

– Это журналы о садоводстве?

Эйр берет в руки один, поворачивает к себе обложкой и читает название.

– Скорее, какие-то каталоги.

– Чего?

– Всяких заграждений. Вот этот про доски и ограды. –  Она подцепляет еще один. – А тут про каменные стены.

Против своей воли Санна вдруг вспоминает те бессчетные выходные, которые они с Патриком провели в поисках надежных ограждений, когда Эрик был маленьким.

– Я так понимаю, им нужен был новый забор для внутреннего дворика, –  подытоживает Эйр. –  Дома тут, конечно, красивые, но расположены охренеть как близко друг к другу.

Самый верхний каталог в стопке распахнут на странице, где сравниваются преимущества заграждений из стекла и плексигласа. Внезапно Санна вспоминает резиновые сапоги, которые заметила при входе в дом. Они были все в грязи. Вот только лужайка перед домом покрыта ровной бархатистой травкой. И никаких грядок, требующих ухода, она тоже нигде не приметила.

– Заграждения против ветра, –  произносит она. –  Им не забор был нужен, а заграждение против ветра.

Она набирает еще один номер и прислоняет трубку к уху.

– Бернард? Мне нужно выяснить, есть ли у Мари-Луиз и Франка Рооз еще какая-то собственность помимо дома в квартале Сёдра Виллурна.

4.

Черный «Сааб» сворачивает с сельской дороги на широкую гравийку. Санна косится на сидящую рядом Эйр.

– Что, укачивает?

Эйр кивает и судорожно сглатывает. Очень скоро тошнота заставит ее выскочить из машины, но пока она старается сосредоточиться на чем-то другом. Она мучает ее с самого отъезда из Сёдра Виллурна, откуда они отправились в заповедник на юго-западном побережье острова. Там у супругов Рооз летний домик.