И еще раз говорю: дождаться «спасителя» – не цель. Спасти себя самой, научиться быть счастливой – лишь этап. Цель – когда ты перестаешь мыслить категориями спасения или гибели, когда мир воспринимается как прекрасный, изобильный и дружелюбный. В этом состоянии прежние проблемы доверия и недоверия могут лишь обостряться время от времени, но не служат вечным унылым фоном повседневной жизни.

Если вы выберете ТАК смотреть на мир, вы найдете в себе смелость пойти навстречу новому партнеру. Ему, поверьте, очень важно, чтобы вы ему доверяли. И тогда вы оцените его усилия. Сделайте первый шаг – пусть даже зажмурившись. Ничего страшного с вами не произойдет. Если все получится, вы будете счастливы, если не получится – вы это переживете. Это всего лишь жизнь, нормальная женская жизнь, слезы и радость – по полной, и это лучше, чем безопасный, пыльный и скучный домик недоверчивой улитки.

Глава 3

Почему я не хочу говорить о базовом доверии

Грудной младенец кричит, когда хочет есть, и ему дают грудь или бутылочку. Иногда ему приходится кричать дольше, иногда просто хныкнуть – но он, в норме, получает еду всегда.

Маленький ребенок уверен, что, если ему страшно, родители придут и побудут с ним. Он, в норме, не будет оставаться один в темной комнате до тех пор, пока не обретет способность сам совладать со своими страхами.

В свое время я отнесла на помойку книги доктора Спока, дочитав до фразы: «Если ребенок плачет до рвоты, зайдите в его комнату, уберите за ним и выйдите, не вступая с ним в контакт».

Если вы в грудном возрасте никогда не были уверены, получите ли вы еду или защиту, у вас формируется эта чертова базовая травма доверия, когда мир представляется не удобной штукой, в которой есть все, что вам надо, а неким непредсказуемым существом, которое то дает, то не дает, причем предугадать это невозможно. Если ваша мама была эмоционально недоступна и непоследовательна, если у нее все время было разное лицо и настроение, и отношение к вам, – у вас формируется эта травма. Наверное, каждому из нас есть что предъявить родителям, не так ли? И каждый может найти повод перманентно чувствовать себя несчастным.

Выбор у нас, повторюсь, небогатый: постоянно переживать депрессии, находя партнеров, которые своим поведением подтвердят нам, что мир именно таков, каким мы его привыкли видеть, или же учиться быть счастливой. Наверное, это прозвучит непрофессионально, я, как психолог, должна знать, что с этой проблемой нужно работать, но как человек, пытающийся всю жизнь преодолеть склонность к депрессиям, могу сказать следующее.

Пучины отчаяния и дурного настроения – отличный повод, чтобы сложить с себя полномочия сделать жизнь такой, какой вы ее мечтали видеть. Даже когда вы уже взрослый сорокалетний мужчина или красивая тридцатилетняя женщина, травма доверия может переживаться как состояние черного, неодолимого ужаса перед одиночеством, ощущение бездны, когда земля уплывает из-под ног и кажется, что летишь в пропасть, как отчаяние перед бесплодностью и пустынностью мира‚ где для вас нет ни тепла, ни уюта, ни любви, ни безопасности. Это дом, где не горят окна‚ лес‚ полный опасностей‚ это пустыня во всех смыслах – ледяная или раскаленная, все равно.

Бросают и предают всех, но женщине с таким мировосприятием добавляется еще и ужас перед равнодушным миром, в котором нет Бога и нет защиты и никто не обращает на нее внимания. И она снова становится маленькой девочкой, которая плачет в одиночестве и даже не зовет на помощь, потому что никто никогда не придет.

После разрыва я впервые столкнулась с этим однажды февральским ветреным вечером, когда на меня вдруг навалились усталость и безнадежность, ощущение‚ что мир навсегда превратился для меня в пустыню с потрескавшейся землей‚ где нет ни воды‚ ни еды‚ ни любви‚ ни тепла‚ ни денег‚ ни времени, ни движения вперед. Мой психолог тогда впервые дала мне аффирмацию, в которую я не верила, но которую я тупо повторяла, лишь бы что-то делать: «Мир щедрый и изобильный, и в нем есть все, что мне нужно».

Спустя несколько лет, когда я пишу эти строчки, образ пустыни больше не посещает меня и с миром я давно сдружилась. Он действительно щедрый, теплый, изобильный и зеленый, как лесная солнечная поляна, и это сделала я сама. Маленькая девочка с испугом в глазах отныне знает, что быть – безопасно. Взрослая женщина, в которую я наконец-то превратилась, от всей души наслаждается жизнью, а не боится ее.