Читаем Девочка и пёс полностью

— Я ходила на встречу с Ливаром. Да, этот… человек потребовал от меня внушительную сумму денег, если я не хочу чтобы он… чтобы он распускал грязные слухи о моем прошлом. У меня не было такой суммы деньгами и я выпросила у Радвига его кинжал, которым он никогда не пользовался, а носил просто как красивую побрякушку. И в ту ночь когда Ливара убили я отдала ему этот кинжал. Но я не убивала его, никого не нанимала чтобы убить его и даже не помышляла о его смерти. И встретилась я с ним за час или полтора до полуночи, Марана всё лжёт, он не видел меня и я не видела его. И когда я уходила Ливар был жив и судя по всему вполне доволен своей жизнью.

Лург внимательно выслушал женщину. Когда она закончила, он посмотрел на Элен, убедился что всё произнесенное правда и сказал:

— Суд вполне удовлетворен вашими словами, госпожа Кория. И благодарен за ваше сотрудничество. Вы можете идти.

Женщина поднялась со стула. Она неуверенно огляделась и спросила:

— Но кто же убийца?

— Разве вам недостаточно того что это не вы и мы вас в этом не подозреваем? — Спросил судья, холодно глядя на женщину.

— Да вы правы. Мне этого вполне достаточно, — быстро ответила она и вышла.

— Веди сюда Марану, — приказал Лург Зузону.

Когда писарь вышел, судья поглядел на девочку и сказал:

— Мы в тупике. Ливара мог убить кто угодно.

— Не отчаивайтесь. Видите эту фигуру, — девочка показала Лургу некую сложенную из бумаги круглую абстракцию. — Это лилия. Она получается не всегда. А если получается, то значит повезет.

— Кому? — Усмехнулся судья.

— Тому кто сложил. Но в данном случае у нас с вами общая цель.

В шатре снова появился Марана. Судья тут же напустил на себя грозный вид. Как только Зузон занял свое место и взял в руки перо, Лург мрачно произнес:

— Господин Марана, я кажется уже рассказывал вам о "болтливой плётке" и упоминал о подземельях Иврона и Кадионских рудниках. Однако это, судя по всему, не произвело на вас впечатление. Возможно пора вам рассказать о Доме Ронга, как вы считаете?

— З-зачем? — Испуганно спросил охранник.

— А затем что я никак не могу добиться от вас правды! — Резко сказал Лург. — И хотя я достаточно терпеливый человек, но и моё терпение на исходе. — Он сделал паузу, вперив свой самый мрачный взгляд в съежившегося Марану. — Сейчас я прикажу взять вас под стражу и вы отправитесь со мною в Акануран, и там, когда вы будете висеть на крюках в Доме Ронга, я надеюсь вы перестанете мне лгать.

— Ваша честь, — произнес ослабевшим голосом Марана, — что вы такое говорите! Да я же вам всё как на духу. Как на исповеди. Как отцу родному.

— Перестаньте, Марана, — брезгливо сказал судья. — Но так и быть я дам вам еще один шанс. И предупреждаю, солжете опять, прикажу вас заковать в кандалы.

Марана, который до этого стоял, медленно опустился на стул, словно ноги его ослабели. Он не понимал в чем его подозревают, но наслышанный о произволе судий, с ужасом ожидал продолжения.

— Кто и каким образом заставил вас оговорить госпожу Корию?

Марана захлопал глазами. Он уже готовился к тому что его обвинят в убийстве Ливара, а тут такая безделица. Ему представлялось абсолютно нелепым, что судье есть какое-то дело до этой торговки.

— Ваша честь, я не оговаривал госпожу Корию. Я сказал правду.

— Хватит! — С отвращением произнес судья. — Сдайте оружие, господин Марана. А вы Зузон ступайте приведите двух стражников, а затем сходите за кузнецом. Пусть он принесет кандалы и инструменты. Да и позовите лейтенанта Шайто, он где-то рядом с шатром, надо поставить его в известность, что один из людей "Бонры" арестован за лжесвидетельство.

Зузон не спеша отложил перо и медленно поднялся. Он решил что понял игру судьи. Марана округлившимися глазами смотрел то на Лурга, то на Зузона. Ему казалось это непостижимым. Кому какое дело до этой торговки и что с того что он слегка приврал про неё, ведь и дураку ясно что убила она, кинжал ведь был у неё. Но наконец до него окончательно дошло, что сейчас придет кузнец и оденет ему на руки кандалы, после чего вместо того чтобы ехать в веселом караване на запад, в Сайтону, он поедет с мрачным судьей на восток, в Акануран. А там хмурые судебные гвардейцы уведут его в Дом Ронга. Марана посерел.

— Ваша честь, я всё скажу, — быстро заговорил он. — Я ж не думал что это важно. Такая-то мелочь. Ясно же что убила торговка, чтоб ей всю жизнь пусто было, ведь кинжал был у неё. А я-то тут причем? Я ни при чем. Просто господин Мелинор сказал, что будет хорошо, если я скажу, что видел её той ночью, потому что суду, то есть вам, Ваша честь, тогда легче будет во всем разобраться. Я и сказал. А так как Ливар сволочью был, то господин Мелинор и говорит: ты еще, мол, скажи, что слышал как Ливар предлагал Кории убить Радвига после женитьбы, чтобы, мол, суд скорее понял, что Ливар сволочь. Ну я и сказал. Ну чтобы вам всё облегчилось. А вы меня теперь в кандалы! За что? Я же всё вам в облегчение, чтобы вам всё яснее стало.

Мастон Лург жестом руки остановил поднявшегося Зузона и снова вернул его на место.

— Писать что ли всю эту ахинею? — Недовольно спросил тот.