Читаем Девочка. Девушка. Женщина полностью

Алиса: Мои родители добрые тираны. Звучит, конечно, нелепо, но так и есть. Они никогда не обижали меня. Признавались в любви, заботились как могли, но были принципиальными в своих требованиях. Моего мнения, конечно, никто не спрашивал, и все решения принимались там, «наверху». Как говорил мой папа: «Я – президент, мама – премьер-министр, Николай (старший брат) – губернатор, а ты мэр своей комнаты». Ни одного раза мои родители не купили мне то, чего я хотела. Например, я мечтала о кукле Барби, а мне дарили конструктор. Я хотела детскую коляску, папа покупал мне набор детской посуды. Мне нравилось заниматься танцами, папа отвел меня в секцию карате. Я решила поступить в медицинский, папа настоял на юридическом образовании. Нет, на меня никто не кричал. Мне просто говорили, что будет так, как говорят родители. Однажды я решила проявить характер и показать родителям, что я личность, и перестала ходить на карате. Я брала вещи, выходила из дома и всю тренировку гуляла по парку. Папа узнал про это и решил поговорить со мной. Очень спокойным тоном он сказал, что с сегодняшнего дня я несу ответственность за себя во всем. Еда, одежда, отдых, карманные расходы и еще что-то там. Мне было 14 лет. Папа запрещал прикасаться к продуктам, которые находятся в холодильнике, до тех пор, пока я не признаю, что была не права и пообещаю, что впредь буду делать только то, что говорят они. А вот когда мне исполнится 18 лет, могу делать что хочу. Вся моя жизнь была в угоду отцу и маме. Я стала юристом, и меня тошнит от этой работы. Я вышла замуж за человека, которого одобрил мой отец. Я одевалась так, чтобы папе не было стыдно за меня, я даже продукты боялась покупать домой, потому что папа мог приехать в любой момент и, заглянув в холодильник, отчитать меня. Простите, но он даже в наши интимные отношения с Сергеем (муж) лезет с вопросами, предохраняемся мы или нет. Мол, мне еще нельзя беременеть, пока не окрепну профессионально.

Что мы видим? Конечно, отсутствующую сепарацию с отцом. Естественно, нарушенные границы личного пространства. Эмоциональный инцест также на лицо, так как отец контролирует и управляет личной жизнью дочери, в том числе и вопросами интимной сферы, а также деторождения.

Много лет Алиса не понимала происходящего с ней. Запрос, с которым она пришла в терапию, был следующим: «Не знаю, чего хочу и в чем искать свое призвание». В процессе терапии всплывали очень интересные моменты. Муж Алисы, Сергей, сын друга семьи. Человек, которого папа и мама Алисы знали с рождения. Конечно, их привычка держать все под контролем и подтолкнула их к тому, чтобы свести Алису и Сергея. По словам Алисы, отношения с Сергеем складывались сложно.