Возле пансиона они расстались, обменявшись крепким рукопожатием и добрыми пожеланиями и договорившись обязательно встретиться еще раз до отъезда Сары в Лондон. Сара уселась в паланкин махараджи и со вздохом удовлетворения откинулась на бархатные подушки. Ко времени прибытия к воротам дворца она решила, что спросит Сарасвати, почему та стала почитать темную богиню, ведь в ее вере так много других привлекательных и благосклонных божеств.

Глава 32

Сару встретил управляющий, обладавший удивительной способностью чувствовать присутствие гостя у ворот.

— Махарани хочет вас принять, мисс Сара. Пожалуйста, следуйте за мной.

— А вы поговорили с чаукидаром о мистере Говинде?

— Да, мисс Сара.

Однако мажордом ушел прежде, чем Сара успела задать следующий вопрос.

Махарани сидела на разложенных на полу подушках, перебирая драгоценности из маленькой шкатулки.

— Золото из Венеции желтее индийского. И оно гораздо привлекательнее, если ты можешь его себе позволить, — сказала она, не поднимая головы.

Махарани была одета в просторные шаровары из золотого шелка, стянутые у щиколоток, и короткий корсаж, называемый чола, из-под которого виднелась обвисшая плоть. Наряд венчала длинная прозрачная вуаль.

— Садись, — предложила махарани.

Когда Сара повиновалась, ей удалось получше разглядеть покрытое морщинами усталое лицо и заметить, что черная сурьма, которой были подведены водянистые глаза махарани, размазалась. Вероятно, она принимала опиум — хотя в воздухе не чувствовалось его запаха. Сара обратила внимание на замедленность всех реакций женщины, характерную для людей, находившихся под наркотическим воздействием. После продолжительного молчания махарани продолжила:

— Я слышала, что ты и Сарасвати встречались?

— Да. Она… удивительный человек. Это правда, что Сарасвати родилась в маленькой деревушке?

Махарани с подозрением посмотрела на Сару.

— А почему ты задаешь вопросы о моей Сарасвати?

Сару удивило резкое изменение ее тона.

— Только из-за того, что мне хочется побольше о ней знать.

— Никто не знает о ней больше меня.

— В таком случае почему бы вам не поделиться со мной ее историей, ваше высочество? — ответила Сара, вспомнив, что махарани обожает рассказывать истории.

Некоторое время тянулось молчание. Махарани некоторое время разглядывала кольца размером с яйцо на своих пухлых пальцах, пока Сара изучала крошечные зеркальца, которыми были украшены подушки. Быть может, лесть заставит махарани поведать историю Сарасвати — Сара видела, что немолодая женщина хочет ей верить или она просто нуждалась в аудитории.

— Если я расскажу тебе о Сарасвати, мисс Сара, ты не должна показать ей, что тебе стало многое известно, она очень болезненно относится к некоторым вещам… из прошлого.

— Конечно… — заговорила было Сара.

Но махарани уже начала свой рассказ. В ее глазах загорелся огонь, голос обрел силу.

Сарасвати назвали в честь реки и ее богини. Жители деревни считали: наносные речные бриллианты доказывают, что в реке обитает богиня, ведь всем известно, что ее украшали самоцветы, когда она появилась на свет из уст Брахмы. Девочка же Сарасвати родилась на берегу реки, что явилось для ее матери, присевшей на корточки, чтобы прополоскать белье, полнейшей неожиданностью. Сарасвати выскочила из чрева матери прямо в воду и с удовольствием плавала в реке, пока ее не извлекли подоспевшие женщины.

Когда Сарасвати была еще ребенком, она любила сидеть на высоком берегу и наблюдать за речным народом. С большого расстояния люди больше походили на рой водяных ос; их тонкие одежды и тюрбаны напоминали белые полоски на темной коже, обожженной солнцем. Сотни мужчин ныряли в воду и ползали на четвереньках в грязи у берега до тех пор, пока их костлявые колени и локти не покрывались ранами. Сарасвати не хотела выходить замуж за одного из здешних жителей; ей снилось, как она присоединяется к легендарной и свирепой армии женщин «Зуффар плутун»[47]. Однажды она видела, как они проезжали через их деревню, спрятав волосы под белыми тюрбанами, а за поясами у них сверкали клинки сабель.

Однако у ее отца были другие планы. Когда она танцевала на своем первом празднике Дивали и получала похвалы за плавные движения запястий под бой барабанов и гибкость всех конечностей, он решил, что ей следует брать уроки. Танцовщицы часто удачно выходили замуж или их можно было выгодно продать в качестве наложниц богатым поклонникам. Ей уже исполнилось тринадцать — в таком возрасте можно выходить замуж.