Читаем Девятый Дом полностью

– Конечно. Я скоро собственную голову забуду. Извините нас на минутку, – сказал он и повел ее через толпу. Алекс держалась позади него. Она знала, что он уже рассчитывает, сколько она знает и как ее допросить, может, как заткнуть ей рот. Она достала свой телефон и нажала на запись. Она предпочла бы остаться под защитой толпы, но знала, что ее микрофон не сможет уловить его голос на этой шумной вечеринке.

– Держись поближе, – прошептала она парящему рядом с ней Норсу.

Сэндоу открыл дверь в кабинет. Это была чудесная идеально квадратная комната с каменным камином и французскими дверями, выходившими в сад, где можно было наблюдать и еще не растаявший снег, и зеленое начало весенней оттепели.

– После вас.

– Проходите вперед, – сказала Алекс.

Декан пожал плечами и вошел. Отставив костыли, он оперся о стол.

Алекс оставила дверь открытой, чтобы гости могли хотя бы отчасти их видеть. Не то чтобы она ожидала, что Сэндоу возьмет модное пресс-папье и разобьет ей голову, но одну девушку он уже убил.

– Вы убили Тару Хатчинс.

Сэндоу открыл рот, но Алекс предупреждающе вскинула руку.

– Не начинайте пока лгать. Нам нужно о многом поговорить, так что не торопитесь. Вы убили ее – или устроили ее убийство – на треугольнике неиспользуемой земли, которую, как я догадываюсь, в ближайшее время купит траст «Райнлэндер».

Декан достал из кармана трубку и кисет с табаком и начал неторопливо набивать чашу. Он положил трубку рядом с собой, не закурив.

Наконец он сложил руки и встретился с ней взглядом.

– И что?

Алекс была не уверена, чего ожидала, но точно не этого.

– Я…

– И что, мисс Стерн?

– Они вам заплатили? – спросила она.

Он взглянул через ее плечо, чтобы убедиться, что в коридоре никто не стоит.

– «Святой Эльм»? Да. В прошлом году. Развод оставил меня без гроша. Мои сбережения закончились. Мне присудили возмутительные алименты. Но несколько посвященных выпускников «Святого Эльма» избавили меня от всех этих проблем с помощью одного чека. Все, что от меня требовалось, – это обеспечить им нексус, над которым можно было бы строить.

– Как они узнали, что вы можете его создать?

– Они и не знали. Я сам к ним обратился. В свои дни в «Лете» я разгадал паттерн. Я знал, что он может повториться. Время для этого давно пришло. Я не думал, что мне действительно придется что-то делать. Нам просто надо было подождать.

– Были ли общества замешаны в убийствах других девушек? Колины, Дейзи и остальных?

Он снова посмотрел ей за спину.

– Напрямую? Я и сам годами задавался этим вопросом. Но, если бы какое-то из обществ раскрыло загадку создания нексуса, с чего бы им останавливаться на одном? Почему не воспользоваться этим знанием? Не продать его? – он поднял свою трубку. – Нет, не думаю, что они были замешаны. Это необычный город. Покров здесь тоньше, поток магии – легче. Она собирается в нексусах, но магия здесь есть в каждом камне, в каждой крупице земли, в каждом листке каждого старого вяза. И она голодна.

– Город… – Алекс вспомнила странное чувство, возникшее у нее на месте преступления, которое словно воспроизводило карту нью-хейвенской колонии. Доуз говорила, что ритуалы срабатывают лучше всего, если проводятся в значимую дату. Или в значимом месте. – Вот почему вы решили убить Тару на том перекрестке.

– Алекс, я умею проводить ритуалы. Когда хочу.

Разве Дарлингтон не рассказывал ей, что Сэндоу был блестящим делегатом «Леты»? Что некоторые из придуманных им обрядов проводятся до сих пор?

– Вы убили ее ради денег.

– Ради огромных денег.

– Вы приняли взятку у совета «Святого Эльма». Вы сказали им, что можете определить место расположения будущего нексуса.

– Что я могу подготовить место. Я думал, что все, что от меня требуется, – это подождать, когда завершится очередной цикл. Но этого не произошло. Никто не умер. Никаких новых нексусов не появилось, – он с досадой покачал головой. – Они были так нетерпелавы. Они… они сказали, что потребуют вернуть деньги, что обратятся к совету «Леты». Их надо было успокоить. Я разработал ритуал и знал, что он сработает. Но мне нужно было жертвоприношение.

– И тогда вы нашли Тару.

– Я знал ее, – почти с нежностью сказал Сэндоу. – Когда Клэр болела, Тара доставала ей марихуану.

– Вашей жене?

– Я ухаживал за ней, пока она болела раком, а потом она от меня ушла. Она… Тара бывала у меня дома. Она слышала то, что ей не следовало слышать. Мне было не до скрытности. Да и какая разница?

Какая разница, что знает какая-то городская девица?

– И Тара была милой, верно?

Сэндоу виновато отвел взгляд. Возможно, он ее трахал; возможно, он просто был рад с кем-то поговорить. Так принято. Ты сходишься с клиентами поближе. Сэндоу нужно было поплакаться у кого-то на плече, и Тара это плечо подставила.

– Но потом Дарлингтон обнаружил паттерн, след девушек.