Читаем Девять врат. Таинства хасидов полностью

В святых книгах нашей каббалы в совершенстве объяснены таинства девяти знаков для гласных. Маленькая горизонтальная черточка под согласной, то есть а, означает порог пред вратами Мудрости Божьей. Две точки рядом, то есть ей, означают начало и цель, величественный престол Господень, из которого все души выходят и в который возвращаются, и пред ним своими двумя крылами трепещут ангелы. Три точки в форме трех оконечностей сердца, то есть э, означают Любовь. И подобными смыслами наполнены все драгоценные знаки. Однако это отступление не имеет прямого отношения к самому повествованию, а дано лишь для того, чтобы продолжить наш рассказ.

Святой ребе реб Мелех не написал ни одной книги. Но как-то раз зашел к нему один литератор, который — как уж повелось с людьми такого сорта — ни о чем другом не мог говорить, кроме как о своих сочинениях. А когда решил, что поразвлек святого вдосталь, спросил его, но разве что из вежливости:

— А вы как? Неужто не работаете над какой-нибудь книгой?

— Работаю, — ответил святой ребе реб Мелех.

— А как будет называться ваша книга?

— На древнееврейском она будет называться Некидес галев, или Ды пинтелах финм гарец на идише. То есть «Точки сердца». Две точки (ими мы обозначаем ей) у меня уже сделаны, так что первая часть окончена. Она называется Еймес галев, «Страх сердца». Сейчас мне остается добавить к этому еще одну точку, и получится Эмес галев, «Чистота сердца» (ибо э мы обозначаем тремя точками[27]). Надеюсь, что с помощью Божьей я докончу свой труд прежде, чем умру.

Однажды к святому ребе реб Мелеху пришел человек, который очень много постился, молился и изучал слово Божие, и это все совершал втайне от всех. И считал себя, конечно, святым. Однако когда он вошел в горницу Мелехову, святой ребе реб Мелех произнес одну известную фразу из Священного Писания, при этом даже не взглянув на вошедшего: «Может ли человек скрыться в тайное место, и Я не видел бы его?»[28]

Но святой ребе реб Мелех произнес эту фразу несколько иначе, то есть не с тем ударением, к которому мы привыкли, читая ее в Священном Писании. Святой ребе реб Мелех чуть задержал паузу, и тем самым стих приобрел совсем иной смысл: «Может ли человек скрыться в тайное место и (также его) Я — (Я) не видел бы его»[29].

Это значит, что сколько бы ни было у человека тайных заслуг, но если он осознает свое «я» или даже воображает себя святым — тогда все его посты и молитвы впустую. Это самонадеянный человек, и такому человеку Бог не выказывает благосклонности.

Пришедший гость понял намек. Он пожалел, что всю жизнь потратил только на свое «я» и что все его посты не имели никакого смысла. И он попросил ребе реб Мелеха посоветовать ему, как все исправить.

И святой ребе реб Мелех дал ему наставление. Однако такое наставление, какое может дать лишь святой, столь одаренный Духом святым, сколь и он, ребе реб Мелех.

Он велел ему: «С нынешнего дня ты вообще не должен молиться, даже самое короткое благодарение не должен высказывать, пока совсем не забудешь о своем „я“. Пусть тебе даже целый год придется прожить без молитвы».

Настоящий святой не сознает своего «я». Его душа неразрывно связана с Бесконечностью и постоянно сливается с ней.

Однажды приехал ребе реб Мелех в одно маленькое местечко погостить. Когда он уезжал, его провожала вся община.

— Куда идут все эти люди за нашей повозкой? — спросил ребе реб Мелех кучера.

— Они провожают вас, — ответил кучер.

— Но почему?

— А как же? Выражая такое почтение вашей учености, они, верно, хотят заслужить милость Божью.

— В самом деле? — удивился святой ребе реб Мелех.

И тотчас решил: «Если так, я последую их примеру. Я тоже хочу заслужить милость Божью».

И тотчас, сойдя с повозки, вместе со всеми пошел за ней пешком…

Сатана стал заклинать святого ребе реб Мелеха: пусть, мол, перестанет притеснять его. А если святой не перестанет, он, Сатана, всех людей превратит в хасидов. А уж тогда ребе реб Мелеху нечего будет делать на этом свете!

Однако ребе реб Мелех мановением руки отверг угрозу Сатаны. И Сатана приступил к делу.

Ряды хасидов неожиданно стали заметно умножаться. Кто только не становился хасидом. Сотнями и сотнями душ прибавлялось их каждый день, пока наконец ребе реб Мелеха и вправду охватило беспокойство. Он взял палку и пошел в дом учения, чтобы выгнать всех непризванных.

Но на пороге дома Божиего он застыл — а не лучше ли быть хасидами чертовыми, чем не быть хасидами вовсе?

Впрочем, непривычная работа вскоре надоела дьяволу. И прежде всего потому, что хасиды чертовы со временем стали хасидами настоящими.

Да, воззвала к ним святая правда Талмуда. «Даже тот, кто изучает Закон лишь из побуждений материальных, в конечном счете может стать настоящим идеалистом. Ибо свет Божий, скрытый в Законе, в конце концов каждого человека наставляет на путь истины».

Из любви к ближнему святой ребе реб Мелех однажды признал неправым и самого Бога. Случилось это так.