Кейт кивнула. Совпадение было не просто жутковатое, оно приводило ее в ужас. Две девушки убиты в абсолютно такой же манере. Она посмотрела в свою тарелку с недоеденной рыбой, где кусочки желтого кляра плавали в жире, и подумала про желтоватую, разлагающуюся кожу Кейши. Кейт переставила тарелку на соседний столик. Тристан вытащил свой телефон, потыкал в экран и повернул его к Кейт.

– Что? – спросила она.

– Свалка «Девять Вязов» недалеко от шестого съезда с М5. По дороге домой мы как раз будем проезжать мимо.

12

Когда Питер вернулся в камеру, он включил радио и разложил на кровати в ряд три упаковки ирисок. Он искал пачку, которая была чуть короче остальных.

У Энид дома был аппарат для термоупаковки, но для того чтобы открыть и запечатать обратно пакетик конфет, приходилось отрезать узенькую полоску по краю. Он нашел укороченный пакет, открыл его и высыпал завернутые в фантики ириски на одеяло. Всего тридцать две штуки. Он начал открывать все подряд, проверять и заворачивать обратно. Открыв шестую, он увидел на конфете едва заметную белую полоску, которую искал. У ирисок Кэдбери была твердая карамельная оболочка и мягкий шоколадный центр. Он ногтем надавил на белую полоску и ириска раскололась надвое. Шоколада в центре не было, вместо него внутри лежала прозрачная капсула. Он вытащил капсулу и закинул обе половинки карамели в рот. Осторожно вытерев капсулу салфеткой, он увидел внутри туго свернутую бумажку. Он подошел к двери и прислушался. По коридору грохотала почтовая тележка. Она замедлилась и проехала мимо.

Питер сел на кровать спиной к двери, открыл капсулу, достал бумажку и развернул. Она была исписана аккуратным почерком его матери:

Я приложила еще одно его письмо. Сама не читала. Не хочу знать, что он делал с этими девочками. И я не хочу, чтобы ты упоминал это при мне. Мне интересны только его планы относительно нас с тобой. Он говорит, что может тебя вытащить. Говорит, у него есть план. Он поможет нам начать новую жизнь где-нибудь далеко.

Я разузнаю побольше.

Питер откинулся на кровати. Они с матерью тайно общались таким образом уже восемь лет, всегда тщательно продумывая, когда и как лучше все это проворачивать. Этот человек связался с Энид несколько месяцев назад, он подошел к ней в парке и дал ей понять, что он Фанат и хочет пообщаться с Питером. Такое и раньше случалось. Через нее люди передавали Питеру подарки или просили, чтобы он расписался на чем-нибудь, но Энид всегда нужно было сначала удостовериться, что сама она при этом не останется в минусе. У Фаната же были грандиозные планы и деньги на их осуществление.

В камере фоном играло радио, но, когда начался выпуск новостей, первые же фразы заставили Питера выпрямиться.

– В Девоне, на берегу реки, у Охотничьих ворот было обнаружено изуродованное тело шестнадцатилетней Кейши Смит. Она училась в местной независимой школе Хэтфорд и двенадцать дней числилась пропавшей без вести. В полиции заявили, что смерть носила насильственный характер.

Питер встал и, подойдя к регулятору батареи, достал последнее письмо Фаната, от которого ему следовало бы избавиться. Трясущимися руками он развернул бумажку. Он знал, что там написано, просто хотел удостовериться. Да, девушку звали Кейша Смит и место то же. Питер обыскал оставшиеся на кровати конфеты и нашел вторую записку. С растущим азартом он прочел ее.

Он лег на узкую кровать и представил, будто солнце светит ему в лицо. Он с Энид сидит у моря, заваривает себе чай и пьет его из нормальной чашки. У них будут новые документы и деньги. Питеру нравилось видеть, как она радуется новой одежде, но он надеялся, что она не сменит духи. Его мать пользовалась одними и теми же духами, сколько он себя помнил: Ma Griffe.