Читаем Девять принцев Эмбера полностью

Тяжелая деревянная дверь была обшита медными полосами. В ней имелись два отверстия: крохотное зарешеченное окошко для наблюдений, примерно на пятифутовой высоте, и небольшие воротца в нижнем углу, сквозь которые подавался поднос с пищей. Кроме слабого света, проникавшего сквозь зарешеченное окошко, я ничего не видел. Во-первых, зрение еще не вернулось ко мне полностью, а во-вторых, насколько я знал, в подземных темницах Эмбера всегда царила непроницаемая тьма.

Я закурил сигарету и стал ходить из угла в угол, думая о побеге. В моем распоряжении были моя одежда, тюфяк и сколько угодно затхлой сырой соломы, разбросанной по полу. У меня оставались также несколько коробков спичек, но мысль о поджоге я отверг. Я сомневался, и не без основания, что в случае пожара меня кинутся спасать. Кроме того, я являлся счастливым обладателем ложки, украденной на последнем банкете. Я хотел стянуть нож, но Джулиан поймал меня на месте преступления. К счастью, он не видел, что незадолго до этого я засунул ложку в сапог.

Мог ли я совершить побег с помощью ложки?

Я часто слышал рассказы об узниках, которые умудрялись прокопать подземный ход чуть ли не пряжкой от пояса. Но у меня не было ни пояса, ни времени на подвиги в духе графа Монте-Кристо. Если я не сумею убежать в течение нескольких месяцев, мне придется расстаться с моими новыми глазами.

Я вновь подошел к двери. Цельнодубовая панель, обтянутая четырьмя медными полосами. Одна полоса сверху, другая — снизу, над воротцами, и две — перпендикулярно, по обе стороны квадратного зарешеченного окошка. Я знал, что дверь открывалась наружу и замок находился с левой стороны. Память услужливо подсказала, что помимо замка существует еще тяжелый засов и что толщина панели — два дюйма.

Налегая на дверь плечом, я точно определил место, где находился замок, придвинул тюфяк, чтобы удобнее было стоять на коленях, и ручкой ложки очертил квадрат, который мне следовало прорубить. Я работал до тех пор, пока рука не стала свинцовой от усталости, наверное, несколько часов. Затем провел пальцами по деревянной поверхности. Я добился немногого, но ведь это было только началом. Взяв ложку в левую руку, я продолжал трудиться.

Я все время жил надеждой, что скоро появится Рейн. Я не сомневался, что мне удастся уговорить его отдать кинжал. Однако он все не появлялся, и я продолжал потихоньку снимать стружку с двери.

Я работал день за днем, не покладая рук, и вскоре вгрызся в дерево примерно на полдюйма. Каждый раз, когда раздавались шаги стражника, я убирал тюфяк на прежнее место и ложился спиной к двери. Как только стражник уходил, я возобновлял работу. Но вскоре, как ни обидно, мне пришлось сделать перерыв, и довольно продолжительный.

Дело в том, что руки мои, хоть я и заворачивал их в тряпки, на которые рвал одежду, покрылись водяными пузырями. Пузыри полопались, и в конце концов я стер ладони и пальцы в кровь. Пришлось отложить ложку в сторону, а свободное время посвятить составлению планов на будущее.

Прорубив дверь и вынув замок, я подниму засов. Шум от его падения, естественно, привлечет внимание стражника. Но я успею выйти из камеры. Он будет вооружен. Мне придется с ним драться. Зная, что я слеп, стражник не станет меня бояться. А может, и станет, если слышал, как мы с Блейзом сражались на лестнице, ведущей в Эмбер. Стражника придется убить, и тогда я буду вооружен. Я схватил себя левой рукой за правый бицепс и напряг мускулы. О боже! Я совсем высох! Как бы то ни было, во мне текла королевская кровь, и я чувствовал, что даже в ослабленном состоянии сумею справиться с обычным человеком. Может быть, я обманывал себя, но вскоре мне придется проверить свои силы на деле.

Если этот план удастся и в руках моих окажется шпага, ничто меня не остановит. Я доберусь до Лабиринта, пройду его и перемещусь на любое отражение. Я залечу свои раны и теперь уже не стану спешить. Пусть пройдет сто лет, но я нападу на Эмбер не раньше, чем буду уверен в победе. В конце концов, формально я был королем Эмбера. Разве я не короновал себя в присутствии всех прежде, чем Эрик? Это послужит мне оправданием, когда я отправлюсь на войну за трон.

Если бы только можно было управлять отражениями, не выходя из Эмбера! Тогда мне не пришлось бы проходить Лабиринт. Но мой Эмбер — центр Вселенной, и уйти из него непросто.

Руки мои зажили примерно через месяц: от грубой работы на них образовались жесткие мозоли. Я ощупал отверстие, которое пытался выдолбить. Мне удалось прорубить дверь наполовину.

Я взялся за ложку, но в это время раздались шаги стражника. Быстро оттащив тюфяк, я улегся на него спиной к двери. Воротца скрипнули, поднос стукнул об пол, и шаги стали удаляться. Я заранее знал, что мне принесли: кружку воды, ломоть заплесневелого хлеба и, если повезло, кусок сыра. Я решил перекусить чуть позже и вновь принялся за работу.

Затем я услышал смешок.

Он раздался совсем рядом, за моей спиной.

Я повернулся, хотя и так было ясно, что в моей камере появился посторонний. Он стоял у левой стены и хихикал.