Читаем Девять драконов полностью

Босх кивнул и сделал знак Чу, призывая того перенимать инициативу. Пока он уточнял с Ли детали его показаний, Босх осматривал кабинет. На стене над столами висели оправленные в рамки лицензии от штата, диплом Ли об окончании в 2004 году бизнес-школы в Университете Южной Калифорнии и похвальная грамота Американской ассоциации бакалейщиков за лучший вновь открытый магазин 2007 года. Были здесь также окантованные фотографии Ли в обществе Томми Ласорда, бывшего менеджера бейсбольной команды «Доджерс», а также Ли-подростка на ступенях статуи Тиан Тан Будды в Гонконге. Босх узнал эту тридцатиметровую бронзовую фигуру, известную еще под названием Большой Будда, так как ему довелось как-то раз посетить вместе с дочерью остров Лантау и взглянуть на нее.

Босх протянул руку и поправил покосившуюся рамку с университетским дипломом. Проделывая это, он обратил внимание на то, что Ли окончил факультет бизнеса с отличием. Некоторое время он размышлял, представляя, как Роберт уезжает учиться в университет с намерением впоследствии перенять у отца бизнес и поднять на новый уровень. А тем временем его старшая сестра бросает учебу и возвращается домой, чтобы застилать постели.

Ли не внес никаких изменений в свои показания и расписался в нижней части каждой страницы. Закончив, он поднял взгляд на висящие над дверью часы, полагая, что на том общение с полицией естественным образом завершилось.

Но это было отнюдь не так. Теперь настала очередь Босха. Он раскрыл свой атташе-кейс, извлек оттуда распечатку портрета рэкетира, взимавшего дань со старшего Ли, и протянул ее Роберту.

— Расскажите мне об этом человеке.

Ли взял снимок и принялся его рассматривать, напряженно, сдвинув брови.

Босх знал: люди делают так, стараясь показать, что они изо всех сил сосредоточиваются на предмете, но обычно это было лишь маскировкой чего-то другого. Босх был более чем уверен в том, что парень в течение последнего часа получил звонок от матери и уже заранее знал, что ему покажут распечатку. Что бы теперь Ли ни ответил, Босху было ясно, что тот не будет искренен.

— Ничего не могу вам сказать, — произнес Ли через несколько секунд. — Я не узнаю этого человека. Я никогда его не видел.

Он протянул фотографию Босху, но тот явно не собирался брать ее.

— Но вы знаете, кто это такой, не правда ли?

Это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.

— Нет, я действительно не знаю, — с легким раздражением сказал Ли.

Босх усмехнулся, но в этой усмешке не было ни теплоты, ни юмора.

— Мистер Ли, ваша мать позвонила вам и просветила вас на сей счет?

— Нет.

— Вы же знаете, мы можем проверить телефонные звонки.

— Ну, пусть даже так. Что с того? Она не знает, кто это, равно как и я.

— Вы ведь хотите, чтобы мы нашли человека, убившего вашего отца, не так ли?

— Конечно! Что за вопрос!

— Это вопрос, который я задаю, когда вижу, что кто-то что-то от меня утаивает, а это…

— Как вы смеете!

— …весьма затрудняет проведение моего расследования.

— Я ничего от вас не утаиваю! Я не знаю этого человека. Я не знаю его имени, и я никогда не видел его прежде! Это правда, черт возьми!

Лицо Ли вспыхнуло. Босх немного выждал, а потом спокойно продолжил:

— Возможно, вы говорите правду. Не исключено, вы не знаете его имени и никогда его прежде не видели. Но вы знаете, кто он такой, Роберт, и вполне осведомлены о том, что ваш отец платил рэкетирам. Полагаю, и вы тоже. Если вы опасаетесь того, что, говоря с нами, навлечете на себя какую-то опасность, то мы в состоянии обеспечить вам защиту.

— Безусловно, — поддержал его Чу.

Ли покачал головой и улыбнулся, как человек, не способный поверить в то, что он действительно оказался в такой ситуации. Дыхание его заметно участилось.

— Мой отец только что умер… был убит. Можете вы оставить меня в покое? Почему меня подвергают травле? Я тоже превращаюсь в жертву!

— Я бы, конечно, давно уже оставил вас в покое, Роберт, — сказал Босх. — Но если мы не найдем виновного, то никто другой этого не сделает. Вы хоть понимаете это?

Ли, похоже, взял себя в руки и кивнул в знак согласия.

— Послушайте, — продолжил Босх. — У нас уже имеются подписанные вами показания. Ничто сказанное вами не выйдет за пределы этой комнаты. Никто никогда не узнает то, что вы нам расскажете.

Босх протянул руку и постучал пальцами по фотографии, по-прежнему остававшейся в руках Ли.

— Тот, кто убил вашего отца, вынул диск из видеокамеры, установленной в глубине торгового зала магазина, но оставил старые диски, не подозревая того, что был запечатлен на них. Он забрал деньги у вашего отца ровно за неделю до убийства. Величина дани составляла двести шестнадцать долларов. Этот человек — член триады, и, я думаю, вы это знаете. Мы очень надеемся на вашу помощь, Роберт. Никто, кроме вас, не может это сделать.

Босх ждал. Ли положил фотографию на стол и потер свои вспотевшие ладони о джинсы.

— Ладно, хорошо, мой отец платил триаде, — признался он.

Босх медленно выдохнул. Ведь только что расследование все-таки сдвинулось с места. Теперь главное — не спугнуть Ли, дать ему договорить.

— Как долго? — спросил он.