Читаем Девять дней в мае полностью

- Евгений, дорогой вы мой! Кровавый режим это киевская хунта и их американское начальство, а сегодняшнее российское руководство это разумные и адекватные люди! Вы говорите «кровавый режим», но где сегодня проливается кровь в России?! Одесса в крови, Донбасс в крови, а в России сейчас тишина и спокойствие! Вроде образованный парень, а мыслите банальными стереотипами! Что за компост гниёт в либеральных головах?!

- А вот и пришла Наталья! Сейчас пообщаетесь с ней, - Дедушкин тактично съехал со спора о политике.

       Наталья и Вениамин уединились в небольшой комнатушке, заваленной глянцевыми изданиями. Она была противной москвичкой-отличницей и не походила на сложившийся у Небеседина стереотип столичной журналистки с нефтеюганскими корнями. Наталья, вооружившись блокнотом, ручкой и диктофоном, принялась засыпать Небеседина вопросами. Вениамин не напрягался и отвечал как попало безо всяких раздумий.

- Как вы считаете: кто может навести порядок в Одессе?

- Если Жванецкий выступит в амплуа Махатмы Ганди и выйдет на Дерибасовскую с речью мира, то возможно его послушаются.

- Как отреагировала одесская интеллигенция на случившуюся трагедию?

- Давайте называть вещи своими именами. Вы говорите «одесская интеллигенция» подразумевая «околокультурные персоны еврейской национальности с одесской пропиской». Так вот сегодня они себя называют жидобандеровцами и радуются смертям русских в доме профсоюзов.

- Кто является фаворитом предстоящих президентских выборов на Украине?

- Наверняка победит шоколадный король Петр Порошенко, но с ним страна окажется в субстанции аналогичного с шоколадом цвета, правда имеющей не самый приятный запах.

- Какое будущее ждет Виктора Януковича?

- Меня сегодня интересует моё будущее, а до этого трусливого дурака мне нет дела.

- Каковы перспективы Юлии Тимошенко?

- Ездить по ушам наивных бабушек до конца своих дней. С политического Олимпа она никогда не исчезнет.

- Кто виноват в нынешней ситуации на Украине?

- Что-нибудь попроще спросите.

- Видите ли вы пути примирения западных и восточных областей?

- Если бы я видел пути примирения дончан и галичан, то не сидел бы сейчас перед вами, а находился в кресле депутата Верховной Рады и занимался разворовыванием бюджетных средств, выделенных на эти благие цели.

- Сколь долго еще в Украине будет напряженная ситуация?

- Вопрос не по адресу. Спросите лучше об этом президента Америки!

- Спасибо за ваши ответы! У меня больше нет вопросов как вам, - с глупой улыбкой сообщила журналистка.

- Как только выйдет интервью, то скиньте, пожалуйста, ссылку на него личным сообщением в фэйсбуке, - попросил Небеседин.

- Хорошо, я постараюсь не забыть.

     Вениамина до сих пор сушило и он приложился к редакционному кулеру, выпив почти что литр воды за несколько десятков секунд.

- Может кофе? – вежливо поинтересовался у него Дедушкин.

- Кофе по утрам это слишком буржуазно. Я предпочитаю пить простую воду.

- Моё дело предложить…

- А моё дело это писать статьи, а не пить кофе! Вы в офисе столько времени тратите на пустую болтовню и чайные ритуалы, что мне аж страшно представить! Работа на дому больше дисциплинирует. Креаклы обыкновенные – что я еще могу сказать про вас!

- Экий вы шутник, Вениамин, - сказал с улыбкой на лице Дедушкин.

- Счастливо оставаться! Я побежал получать бабло у кровавого режима! Привет Прохорову от меня передавайте! Скажите вашему куршавельскому жирафу, что его сестра Ирина ни черта не смыслит в литературе и её премия «НОС» это галиматья!

- Удачи вам, Небеседин! Пишите еще!

- Непременно напишу о том, как побывал в редакции «Сноб.ру»!

- Только чур без выдумки! Вы ведь любите приукрасить! – произнес Евгений.

    Небеседин пошел обратно на «Кропоткинскую». Проходя мимо Храма Христа Спасителя, он вспомнил произошедшую с ним историю лет шесть назад. Тогда Вениамин зашел внутрь Храма и принялся фотографировать алтарь, иконостас и своды. Строгий милиционер, завидев щёлкающего фотоаппаратом Небеседина, грубым голосом пробормотал:

- Немедленно прекратите фотосъемку! Здесь запрещено снимать!

Вениамин был одет в оранжевую адидасовскую олимпийку сборной Голландии образца 1974 года и быстро соориентировался, ответив по-английски:

- I am from Holland. I don’t understand what you say!

- Excuse me, sir! – милиционер немедленно сменил тембр голоса и улыбнулся Небеседину. Принять Вениамина за иностранца мог только совсем недалекий человек.

    Вениамин очутился на площади перед Савеловским вокзалом и набрал замглавреда «Известий»:

- Я уже на Савеловском вокзале. Куда дальше идти?

- Пройдёте под эстакадой и увидете вывеску ФГУП «Пресса». Буду ждать вас на крыльце через десять минут.

- Понял.

     Валерий Борисович появился минута в минуту и пригласил Небеседина выпить по кружке пива в ближайший бар. Он, в отличие от Дэна из «Свободной прессы», передал деньги Вениамину прямо из рук в руки без всяких конвертов. Валерий Борисович был университетским интеллектуалом, читал лекции по философии в МГУ и совмещал преподавательскую деятельность с редакторской работой.

- Рад вас, наконец, увидеть живьем, - сказал Валерий Борисович.