Читаем Девианты полностью

— Нет, Олег, чую я, что все было не так, — с интересом выслушав его, сказала Яблонская. — Ты говоришь о каких-то спонтанных вариантах. Но здесь все явно было продумано от и до. Тот, кто это сделал, очень хорошо подготовился. Выманил из редакции Корикову, Ростунова, Крикуненко. Был уверен, что в редакции не будет ни меня, ни тебя. Ведь это очень странно, что в 18.30 на работе осталась одна Марина. Много ли ты таких случаев припомнишь? Нет, тут все было спланировано, и человек либо уже имел чей-то пропуск, либо был уверен в том, что его получит!

— Но при каких условиях он мог быть в этом уверен?

— Наверно, только при одном — если он был близко знаком с этим человеком, доверял ему и был на него более или менее похож. Я думаю, так, — рассудила Яна.

— Думаешь, он посвятил этого человека в свой замысел?

— Не обязательно. Мало ли что можно наплести правдоподобного.

Помолчали. Съели по куску пиццы.

— А вариант с кражей пропуска ты не рассматриваешь? — заговорил Олег.

— Не мог он выкрасть пропуск, не мог! У нашего мистера Икс не было никакой гарантии, что ему удастся с кем-то это проделать. Тут ведь надо как минимум еще два условия выполнить: чтобы человек был точно работником нашего здания, и имел примерно такие же внешние данные, как и наш деятель. И как ты себе представляешь в этой ситуации ту же Корикову? Рискуя быть замеченной, она тусуется у здания, выжидая, пока выйдет кто-то похожий на нее, а потом идет за ним? Ну, а дальше что? Этот кто-то мог не идти ни в кафе, ни в колбасную лавку. Он мог спокойно сесть в машину и уехать. И что тогда? Нет, все было продумано, и человек не сомневался, что в нужное время пропуск будет у него в кармане. Кроме того, ты забываешь вот про что: если бы он выкрал карточку, то потом он должен ее как-то вернуть. А как?

— Да зачем возвращать-то? Попользовался и выкинул. Его, что ли, проблемы?

— Но тогда тот, кто потерял пропуск, должен был хватиться его уже на следующее утро. Пришел к вертушке — а пропуска-то в кармане и нет.

— Но не обязательно на следующее утро. У человека мог быть и другой график. А, может, он как раз со следующего дня в отпуск ушел и сейчас отдыхает где-нибудь в теплых странах и даже не подозревает, что у него вытащили пропуск.

— Или, например, он на следующий день заболел, — продолжила Яна мысль Кудряшова. — А что, тоже вариант! Да что мы гадаем тут на кофейной гуще, если ты можешь пойти к охраннику и узнать, кто за последнюю неделю просил заменить пропуск

— Точно. Тем более, как раз сегодня мой прикормленный Витек дежурит.

Через полчаса Кудряшов положил перед Яной обрывок газеты, на котором были коряво написаны три фамилии. Синицын, Гальперин и… Марьянова! Олег с Яной переглянулись.

— В общем, так, — сказала Яна. — Я хочу посмотреть на эту Марьянову. И я пойду сейчас в «Мягкое место»!

— Куда-куда ты пойдешь?

И оба расхохотались.

* * *

«Мягкое место» Яна нашла без труда. Но под каким предлогом ей заговорить с неведомой Марьяновой и, тем более, выведать у нее подробности пропажи пропуска? Ладно, для начала надо хотя бы взглянуть на эту даму. И Яна толкнула дверь офиса.

— Здравствуйте, — с выражением крайней приветливости на лице она обратилась к трем сидевшим в офисе женщинам и одному мужчине. — Я по поводу диванов. Хотим купить для офиса два новых. Вот и решили первым делом у вас посмотреть.

— И очень правильно сделали, — поднялась навстречу ей дама восточной внешности. — Наши эксклюзивные модели разработаны в соответствии… создавались специально для… не имеют аналогов…

Приятно улыбаясь, Яна выслушала заученную речь. На бейдже дамы она прочитала, что зовут ее Лариса Ивановна Цхай. Когда поток красноречия иссяк, кореянка предложила Яне ознакомиться с каталогами. Усевшись в кресло, та принялась штудировать проспекты, краем глаза наблюдая за сотрудниками офиса и размышляя, что же ей делать дальше. Минуты через три о ней совсем забыли.

— Мне кое-кто по секрету шепнул, что с нового года нас всех переведут на сделку, — объявила одна из женщин.

— Помилуйте, со стороны руководства это так несправедливо! — всполошилась другая. — Как будто от нас что-то зависит. Продаем-то не мы, а нижние.

— А вот хотят, чтобы продавали и нижние, и мы, — ответила первая дама. — А как мы это будем делать — никого не интересует.

Секунд десять помолчали, потом кореянка сказала:

— Лично мое мнение такое: нас хотят подвести под увольнение.

— Да бог с вами, Лариса Ивановна! — всплеснули ручками две первые дамы. — Откуда такие идеи?

— Посмотрите сами: много ли мы продали за последний месяц?

— Сколько клиентов пришло, столько и продали. Как будто от нас что-то зависит, — сказала первая дама.

— На самом деле, Лариса Ивановна, думайте, что говорите, — обиженно заявила другая. — Кто нам звонит — тем мы и продаем. Не могу же я на улице людей за рукав дергать: купите у нас диван!

— В общем, продали вы, дорогие дамы, на троих пять диванов, — подал голос единственный мужчина. — Пять диванов! Тогда как нижние продали сто семнадцать. Почувствуйте разницу.