Он быстро покрутил какой — то проволокой в большом висячем замке, что запирал дверной засов. Открыли дверь. Там их ждал Дрёмов. Майор с капитаном прошли по узкому проходу в первую землянку. Слева и справа вдоль стен стояли такие же ящики, но разных размеров. Протиснулись в другие землянки. Везде всё свободное пространство было забито. В дальней землянке, кроме ящиков, стояли еще три плотных брезентовых мешка, опечатанных сургучом.

— Да, без транспорта мы тут долго проковыряемся, — заметил Майор.

— Так мы сейчас у Стаса спросим, как до машины это доставить, — Тарас козырнул и добавил, — Разрешите, товарищ майор, он должен вину загладить! Вон как гнэтся.

Через пять минут проблема была решена. Тарас с «провинившимся» сбегали на хутор и привели лошадь с телегой.

За две ходки вывезли все ящики и погрузили на машину.

— Ефрейтор Билык, переведите задержанному, что за содействие Красной Армии он освобожден. Но, если хоть кому пикнет об операции, то пойдет под военно — полевой трибунал, а хутор будет конфискован.

Стах, услышав «приговор» рухнул на колени, сорвал с головы шапку и долго крестился, уверяя, что будет немым, «як гроб».

Ящики складировали в прилегающем к «казарме» хлеву. Майор сказал, что вскрывать не будут, пока не получат директивы на этот счет. Ефрейтору Кривых, наиболее грамотному из бойцов, капитан решил поручить вести учет собранных ценностей. В схроне они нашли несколько папок с немецкими документами, пачку чистых листов хорошей бумаги и пачку копирки. Жаль, что не было пишущей машинки, чтобы завести свою канцелярию. Листы разграфили, указали дату, место изъятия, вид тары, количество.

— Может печать сделать? — на полном серьезе задал капитану вопрос свежеиспеченный писарь, — а то я могу. Были дела. Из каблука вырежу, как настоящий.

— Нет, Валера. Не уполномочены мы. Еще нагоняя схлопочем. Пиши аккуратно, под копирку в двух экземплярах, страницы нумеруй. Внизу оставь место для подписи майора. Он будет заверять.

Вечером Федор пригласил Трубицына в шинок. Они хорошо посидели, послушали скрипача. От вечера танцев майор отказался:

— Не спеши, капитан, еще дадим гопака. Утром рано поедем на точку. Время поджимает.

5

Усадьба и место вокруг майору Трубицыну понравились. Федор представил его княгине и попросил вести переговоры с хозяйкой, как представителю командования.

Она пригласила их в каминную, внимательно выслушала майора.

— Вы, пан майор, назначены на благородную миссию. Снимаю шляпу перед Вашим руководством, что оно, не смотря на кровавую битву, успевает заниматься еще и таким нужным для человечества делом. Простите, как Вас по имени отчеству?

— Павел Александрович. Но я на службе. Привык к обращению по званию.

— Очень приятно. Я-то не на службе и привыкла обращаться с людьми, как меня учили и воспитали. Итак. Моя усадьба в Вашем, Павел Александрович, распоряжении. Можете занимать конюшню и дальний овин. Если надо будет строить дополнительные склады и казармы для охраны, прошу выдержать расстояние, ну скажем, в пятьсот метров от ограды.

— Спасибо Екатерина Николаевна, что удалось так быстро уладить все формальности и не включать законы военного времени. На этом разрешите откланяться. Время торопит.

По дороге на переправу они уточнили первоначальные действия.

Майор решил срочно лететь в штаб Армии, доложить обстановку и получить инструкции.

— Хорошо бы нам рацию для связи, лучше две — три, пока не обустроим телефонную, — предложил Федор. И миноискателей хотя бы штук пять. Вон как тяжело к схронам подбираться.

— Сделаю. А твои бойцы хороши. В теме. И смекалка, и дисциплина на высоте. Приятно работать.