Читаем Девчонки и любовь полностью

Я не хотела отправлять то письмо! Утром я впопыхах машинально засунула его в конверт и опустила в почтовый ящик по дороге в школу и только ПОТОМ вспомнила, что я там понаписала, и мне стало так стыдно, что я даже вернулась к почтовому ящику и попыталась просунуть руку в щель для писем, чтобы достать конверт. Но потом заметила, как мимо меня медленно едет полицейская машина, и испугалась, что сейчас меня арестуют за попытку хищения Королевской почты[11]. Я быстро выдернула руку из ящика и невинно захлопала глазами на полицейских, а они только рассмеялись в ответ.

ВСЕ надо мной смеются. Мне понравилась твоя идея насчет космического костюма. Я бы тоже с удовольствием такой поносила. Только как же тогда объясняться с другими, если вся голова закрыта шлемом? Как, например, пойти в магазин и объяснить, что тебе нужен последний альбом такой-то группы, – разве что махать руками в воздухе, как ненормальный. Не говоря уж о том, что ты не сможешь услышать, что тебе говорят в ответ. И как тогда общаться с друзьями? (Хотя одна из моих лучших подруг и так уже со мной не общается.) И как же школа?? Впрочем, в отличие от тебя я не такая уж прилежная ученица и даже в лучшие времена не часто обращаюсь к учителям.

А сейчас у меня времена самые что ни на есть ХУДШИЕ. Меня все окончательно достало. О господи, похоже, мне пора закругляться, иначе получится еще одно никудышное сопливое письмо. Что-то не припомню, чтобы я подписалась в прошлый раз «С любовью, Элли». Быть такого не может. Я никогда не пишу ни «С любовью», ни даже «Лю.», ни просто «Л.» Я подписываюсь только своим именем.

Элли.

Дорогая Элли,

Ты подписалась именно так – «С любовью, Элли». Я ношу твое письмо здесь, у самого сердца. Впрочем, это если говорить возвышенно, потому что с анатомической точки зрения все немного не так. У меня нет нагрудных карманов, поэтому на самом деле я ношу его в кармане брюк, и твои слова «С любовью, Элли» (а вовсе не «Лю.», и даже не «Л.») целый день трутся о мое бедро, хотя это уже очень интимные подробности, а я не хочу, чтобы мое письмо превратилось в извращенскую писанину, которой так увлекаются мальчики в нашей школе. Не то чтобы все они пишут девочкам – скорее они пишут О ДЕВОЧКАХ.