Егорь Гугель

Детский сад до детского сада

Предисловие

Первый детский сад в России был открыт госпожой Люгебиль 140 лет назад, в 1863 году, в Петербурге, на углу Большого проспекта и 9-й линии Васильевского острова.

Но за тридцать лет до того в небольшом домике в Гатчинском парке на собственные средства двух молодых педагогов для десяти мальчиков от четырех до шести лет открылась небольшая – школа не школа – вроде бы школа по названию, однако, предназначенная не для обучения, а для придания «правильного направления в развитии детских способностей»… В общем, открылось нечто, куда дети прибегали по утрам с радостью, а расходились с плачем. И просуществовала эта «школа не школа» в этих руках и в таком виде около двух лет.

Вскоре один из друзей напишет и первую в русской истории обстоятельную статью, посвященную дошкольному воспитанию. И издаст ее в первом российском «Педагогическом журнале», который они же и создадут.

А еще через несколько лет по ими представленному проекту выйдет и первый отечественный «нормативный документ», посвященный дошкольному воспитанию. И документ этот будет торжественно скреплен императорской подписью.

Все это происходило до того, как Фридрих Фребель произнес во всеуслышание слова: «Детский сад». Но в те самые годы, когда он готовился их произнести.

Совершались ли опыты в Тюрингии и Гатчине независимо друг от друга? Вроде бы да. Но скорее их стоит считать разными побегами из одного корня. Ведь и Фребель прежде всего опирался на идеи своего учителя, Генриха Песталоцци. А другим учеником Песталоцци был пастор фон Муральдт – учитель Егора Гугеля, того из названных нами друзей, кому и принадлежала вся инициатива в дошкольных проектах. А его товарищ и соратник Петр Гурьев, подхватывавший и поддерживавший эти проекты, оставит через четверть века подробный рассказ о своем друге, которым мы отчасти и воспользуемся в этом номере.

Так что Егора Осиповича Гугеля – первого российского исследователя дошкольной педагогики – можно окрестить «педагогическим племянником» Фребеля, хоть и не знавшим о своем родстве.

Конечно, масштаб и новаторство опытов Фребеля и Гугеля разнились. Гугель отталкивался от известных на тот момент европейских опытов «школ для малолетних детей», Фребель создавал нечто, не имевшее аналогов. Но созвучным было их общее направление, одухотворенность, понимание сути своего дела.