Читаем Детский мир полностью

– Доброе утро, горожане! – бодрым голосом поприветствовала она жителей. – Впереди новый интересный день. Желаю всем провести его с пользой. Дети, ведите себя разумно. Взрослые, трудитесь старательно, и ваш труд будет вознаграждён.

Город просыпался под приветствия Главных Лиц. По улицам шли взрослые за руки с детьми. Взрослые были ярко одеты: женщины – в розовые платьица, яркие кофточки, мужчины – короткие шортики и аляпистые футболки. Они то и дело вертели головами по сторонам, дёргали за руку детей, что-то им показывали. Дети же, напротив, шли в однотонных классических костюмах, со строгими выражениями лиц. Все они выглядели крайне сосредоточенными, будь им шесть, десять или пятнадцать лет.

Вот одна серьёзная полная девочка лет восьми строго одёрнула свою маму, засмотревшуюся на витрину магазина игрушек. Она аккуратно, но настойчиво тянула её за локоть, но мама упрямо стояла на месте и клянчила какую-то куклу, что красовалась в витрине магазина.

– Мамуль, ну прекрати, – расстраивалась полная девочка, – нужно успеть вовремя, а если будешь делать работу хорошо, Няня подарит тебе эту красавицу.

Большой квадратный кусок витринного стекла ожил – на нём проступило изображение Няни. Та строго посмотрела на женщину и ласково погрозила ей пальцем. Женщина, виновато опустив голову, позволила дочери себя увести.

На другой стороне улицы худенькая девочка в очках вела своего отца. У него под мышкой были зажаты книги, сам беспокойно озирался по сторонам, то и дело вздрагивая от планирующих мимо грави-автомобилей. Девочка настойчиво и сосредоточенно тащила его за собой.

– У всех родители как родители, мне же достался непонятно кто, – строго фыркнула она.

Мужчина грустно вздохнул.

– Почему нельзя быстро собраться, надеть то, что ребёнок говорит, и пойти? Зачем эти книжки тебе, ведь на работе некогда читать, и Няня не разрешит, – не унималась маленькая воспитательница.

У отца скуксилось лицо, на глазах выступили слёзы. Не имея возможности сдержаться, он начал всхлипывать.

Девочка остановилась и повернулась к нему лицом.

– Ой, только не надо ныть опять, да что же это такое? – всплеснула она руками, глядя снизу вверх на расстроенного родителя.

Но его вид отнюдь не разжалобил дочку, она развернулась, ещё больше сдвинула брови и молча продолжила идти и волочить хныкающего отца за собой, обгоняя других пешеходов.

Высокий мальчик лет тринадцати шёл за руку с женщиной старшего возраста, когда что-то заставило его остановиться и посмотреть на ноги спутницы.

– Мам, ну что ты в самом деле, – не обошлось без укоризненных ноток в голосе, – ну неужели это так трудно?

Женщина понурила голову и стала теребить руками краешек своего красного платья в крупный белый горох.

Туфли на её ногах были надеты неправильно – носки обуви предательски смотрели в противоположные стороны.

– Переобувайся, что смотришь? – скомандовал сын.

– Прямо здесь? – смутилась женщина.

– Ну а как? Что людей-то смешить?

Женщина достала правую ногу из туфли, наступила на асфальт, повторила то же самое действие с другой ногой и надела туфли, как того требовали правила приличия и анатомические различия правой и левой ног.

Мальчик удовлетворённо кивнул и поднял руку, глядя на дорогу. Тут же возле них остановилось грави-такси.

Он открыл маме заднюю дверь, помог усесться, дверь за ней закрыл.

Затем открыл переднюю дверь такси, дотянулся до панели управления и нажал зелёную квадратную кнопку.

– Галантерейный магазин, пятнадцать, – продиктовал он.

Механический голос повторил за ним адрес.

– Мам, веди себя хорошо, вечером увидимся, – сказал на прощание мальчик и покинул салон такси, хлопнув лёгкой прозрачной дверью.

Следующая мама, лет 35, шла с дочкой по улице и плакала.

– Прекрати реветь, – увещевала дочь.

– А ты придёшь за мной после работы? – канючила мама девочки.

– Ну, конечно, приду, мамуля.

– Няня очень строгая.

– Какой должна быть куратор, мам, – она погладила женщину по плечу. – Вы же, взрослые, такие непоседы, за вами глаз да глаз.

– Дочь, а можно я вечером мультик посмотрю, ну, пожалуйста.

– Хорошо, посмотрите с папой мультики. Но только после ванной.

Они подошли к дому, над входом в который анимированное экран-табло демонстрировало куски материи, режущие их ножницы, детали выкроек, собирающиеся, как мозаика, в готовое изделие – то предмет одежды, то сумку, то постельное бельё.

Мама с дочкой попрощались до вечера, и тут же на порог из дома вышла Няня. На голове тугой пучок, закрученный в плотную шишку, неестественная улыбка. При виде Няни мама девочки встала, как парализованная. Няня сказала что-то ласковое маме, что-то приветливое девочке, и, взяв женщину за руку, завела её вовнутрь. Девочка ещё раз махнула маме рукой и отправилась по своим делам.

Внезапно внимание многих на улице привлекла громкая истерика усатого мужчины. Его лицо раскраснелось, руки сжались в кулаки, одной ногой он изо всей силы топал по асфальту. Рядом стоял его сын, лет 9, и хлопал ресницами.

– Не хочу на дурацкую работу! – громко кричал отец.

– Ай-ай-ай, папа, как некрасиво… – голос мальчика был тихим и спокойным, но расстроенным.