Они опять прошли по радужному мосту, более чудесному и более зыбкому, чем тот, который люди видят с земли. Все вернулись по радужному мосту, асы и асини, Один и Фригг, Бальдр и Нанна, Тюр со своим мечом и Сив рядом с Тюром. Что до Тора, то он с молотом Мьёлльниром на плече опять побрел через кипящие реки Кермт и Эрмт.

Малютка Хнос, самая юная из обитателей Асгарда, стояла рядом с Хеймдаллем, стражем богов и хранителем моста, ведущего к источнику Урд, когда Один Всеотец и его царственная супруга Фригг с поникшими головами вышли из огромных ворот. И она слышала, как Один произнес:

— Завтра я стану Вегтамом Странником, бредущим по дорогам Мидгарда и Ётунхейма.

Часть 2

Вегтам Странник

Всеотец отправляется к источнику Мимира

Какой ценой он обретает мудрость

 И вот Один, уже не верхом на Слейпнире, своем восьминогом коне, не в золотых доспехах и шлеме-орле и даже без своего копья, отправился странствовать по Мидгарду, миру людей, держа путь к Ётунхейму, стране великанов.

Его называли уже не Один Всеотец, а Вегтам Странник. На нем был темно-синий плащ, а в руках — посох. И вот, направляясь к источнику Мимира, он встретил великана верхом на гигантском олене.

Перед людьми Один представал человеком, а перед великанами — великаном. Он зашагал рядом с великаном на гигантском олене, и они повели разговор.

— Кто ты, о брат? — спросил Один великана.

— Я Вафтруднир, мудрейший из великанов, — ответил ехавший верхом на олене.

Тогда Один узнал его. Вафтруднир действительно был мудрейшим из великанов, и многие пытались занять у него мудрости. Но приходившие к нему должны были разгадывать загадки, и, если им это не удавалось, великан отсекал им головы.

— Я Вегтам Странник, — сказал Один, — и знаю, кто ты, о Вафтруднир. Я постараюсь кое-чему у тебя научиться.

Великан расхохотался, показав зубы.

— О-хо-хо! — воскликнул он. — Я готов вступить с тобой в игру. Известна ли тебе ставка? Ты получаешь мою голову, если я не отвечу на какой-нибудь из твоих вопросов. А если ты не сможешь ответить на какой-нибудь из моих вопросов, я получаю твою голову. Хо-хо-хо. Ну что, приступим?

— Я готов, — сказал Один.

— Тогда ответь мне, — начал Вафтруднир, — как называется река, отделяющая Асгард от Ётунхейма?

— Ивинг — имя этой реки, — сказал Один. — Ивинг, воды которой студены, но никогда не одеваются льдом.

— Твой ответ верен, о Странник, — молвил великан. — Но за мной еще два вопроса. Как зовут коней, на которых День и Ночь ездят по небосводу?

— Скинфакси и Хримфакси, — отвечал Один.

Тут Вафтруднир не на шутку перетрухнул, потому что эти имена были известны только богам и мудрейшим из великанов. Если незнакомец не спасует перед последним вопросом, настанет его черед спрашивать.

— Ответь мне, — проговорил Вафтруднир, — как называется место, где разыграется последняя битва?

— Долина Вигрид, — сказал Один, — равнина, раскинувшаяся на сто миль в длину и на сто в ширину.

Пришла очередь Одина задавать вопросы Вафтрудниру.

— Каковы будут последние слова, которые Один прошепчет на ухо Бальдру, своему любимому сыну? — спросил он.

Тут Вафтруднир затрясся от страха. Он спрыгнул на землю и пристально посмотрел на незнакомца.

— Только Один знает, каковы будут его последние слова, обращенные к Бальдру, и только Один мог спросить об этом. Ты сам Один, о Странник, и я не в состоянии ответить на твой вопрос.

— Тогда, — молвил Один, — если хочешь сохранить свою голову, открой мне, какую цену запросит Мимир за глоток из источника мудрости, который он охраняет?

— Он попросит твой правый глаз, о Один, — сказал Вафтруднир.

— Не согласится ли он на меньшую плату? — спросил Один.

— На меньшую плату он не согласится. Многие приходили к нему за глотком из источника мудрости, но никто не решился заплатить цену, которую просит Мимир. Я ответил тебе, о Один. Теперь откажись от моей головы и позволь мне следовать своим путем.

— Я отказываюсь от твоей головы, — сказал Один.

И Вафтруднир, мудрейший из великанов, поехал своей дорогой верхом на огромном олене.

Ужасную цену потребует Мимир за глоток из источника мудрости! Всеотец был повергнут в смятение этим открытием. Его правый глаз! Навеки лишиться правого глаза! Не лучше ли повернуть назад в Асгард, отказавшись от поисков мудрости?

Ноги несли Одина и не к Асгарду и не к источнику Мимира. Повернув на юг, он увидел Муспелльсхейм, где стоял с пылающим мечом Сурт, чудовищный исполин, который, когда придет день, присоединится к великанам в их войне против богов. Повернув на север, он услышал рев потока Хвергельмира, изливающегося из Нифльхейма, страны мрака и ужаса. И понял Один, что нельзя оставлять мир между Суртом, готовым уничтожить его огнем, и Нифльхеймом, готовым снова вобрать его в свой мрак и пустоту. Он, старейший из богов, должен обрести мудрость, которая поможет спасти мир.