Читаем Дети небес полностью

– Я слышала сплетни, что ходили в округе. Хороший правитель слушает чаще, чем действует. Если шпионов ты использовать не можешь, пойди к Детям и поговори с ними начистоту. Чем дольше ты будешь оставаться на корабле, аки равнодушная земным чаяниям волшебница в горней выси, тем чаще станешь сталкиваться с подобными неприятными сюрпризами.

Равна подавила желание укрыть лицо ладонями и расплакаться. «Да какой из меня правитель?»

– Древорезчица, послушай. Я и вправду очень обеспокоена случившимся, так что оставим разговоры о сюрпризах. Оставим в стороне то малоприятное обстоятельство, что мои же Дети, кажется, повернулись против меня. Ты не считаешь организованное распускание подобных слухов угрозой?

Королева сгорбилась – человек на ее месте задумчиво нахмурился бы.

– Прости, Равна, но я полагала, что тебе уже доводилось через это проходить. Я получала отчеты от Лучших Друзей. Эйвин Верринг и его приятели не лгали тебе. Все это лишь слухи, умноженные молвой. Я не думаю, что у Отрицателей имеется организационная структура, скрепленная твердой верой в этот вздор. Хотя, хмм, нельзя исключать, что такая структура зародилась среди людей, которые Когтей не очень-то жалуют.

– Эм, да. – Такая возможность оставалась. – Ты слышала об этой Группе Изучения Катастрофы?

– Пока Ганнон не разгавкался? Нет.

– Они позволяют себе из ряда вон выходящие заявления. Что Погибель не несет нам зла. Что Фам был злодеем. Мне кажется, это что-то новенькое.

Древорезчица помолчала.

– Да, хотя ослабленные версии этих сплетен бытовали. – И добавила, словно бы защищаясь: – Среди Когтей их распространение почти невозможно отследить, особенно при межстайном сексе. Возникают промежуточные личности, а у тех – мысли и идеи, о которых в обычном состоянии речи идти не могло. Мне не на кого указать.

Услышав это откровение, Равна не сдержалась и фыркнула:

– Люди тоже кое о чем сплетничают, но у Когтей это совсем по-другому.

– Думаешь, мы имеем дело с заговором?

Равна кивнула:

– Боюсь, что да. В этом мире ты считаешься правителем-новатором, но упоминание о повсеместно засланных шпионах, э-э…

– По стандартам цивилизованных стран моя шпионская сеть зияет прорехами, – хмыкнула Древорезчица и повернула нос к радиоалтарю – ее частной линии к архиву звездолета. Зимой она пользовалась лапным приводом, чтобы батарея не села, а летом заряжала ее от солнца, проникавшего в Зал через высокие окна. Так или иначе, Древорезчица практически не отходила от своего радио, жадно изучая все подряд материалы библиотеки. И она была не единственной стаей, в чьем владении находились шпионские приспособления. Равна постаралась сформулировать следующую фразу как можно более обтекаемо:

– В этом случае любая информация может быть полезна. Допустимо ли проконсультироваться с Тиратект-Шкуро…

– Нет! – зашипела Древорезчица, клацнув челюстями. Она не прекращала подозревать Шкуродера в подготовке переворота. – Немного остыв, королева добавила: – Все, что нам требуется, – это пара дюжин беспроводных камер наблюдения. Камеры и сеть – основа повсеместного надзора. – Голос ее звучал так, словно она цитирует какой-то очень древний текст. – Но поскольку камер у нас нет, я вынуждена использовать шпионов.

Равна покачала головой:

– У нас всего-то дюжина камер, и те на ладан дышат. – Разумеется, большая часть аппаратуры «Внеполосного-II» могла функционировать в режиме систем видеонаблюдения. К сожалению, основной функциональностью при этом пришлось бы пожертвовать. Дюжина камер, которую Равна кое-как приспособила под эти нужды, не отличалась особенно высоким качеством.

По мордам Древорезчицы прокатилось раздраженное выражение.

– Настанет день – и мы внедрим цифровую электронику. Тогда все изменится, Древорезчица.

– Да, настанет день. – Стая издала свист. У королевы было три камеры, но жертвовать ими она, по всей видимости, не испытывала желания. – Ты знаешь, что мой прославленный советник по науке и тот еле обходится девятью камерами? – Щепетильник прилагал все усилия, чтобы создать эффективную сеть, хотя распределенных вычислительных мощностей ему отчаянно не хватало. Он приспособился перебрасывать данные со своей лаборатории прямо в секцию логического анализа и стратегического планирования «Внеполосного-II», чем добился десятикратного прироста скорости расчетов. Каждый раз, когда им удавалось прибегнуть к энергоисточникам или логике корабля, трудности исчезали как по волшебству. Лабораторная сеть Щепетильника была главным предметом их гордости за последние несколько лет.

– Ладно, – сдалась Равна, – я позаимствую часть камер с испытательного стенда Щепетильника всего на пару десятидневок. Мне действительно нужно понять, стоят ли за Отрицателями более серьезные силы и планируют ли они заговор.