Читаем Дети небес полностью

Белль игнорировала всех и вся, кроме вожделенного бочонка, но Ганнон и его ребята кричали и махали сгрудившимся на импровизированных плотах Когтям. Две стаи на берегу кричали им тоже. Тимор не понимал такой стаеречи, но ответное кряхтебульканье жителей тропиков заглушало грохот прибоя. Может, это и не общая стаеречь вовсе. Может, это какой-то другой когтеязык или просто панические вопли.

Тимор не понимал, что можно сделать, и только бессильно оглядывался. О! Что-то движется от Гавани. Похоже, там четыре или пять стай тянут тележки по берегу вдоль скал. А над ними антигравитационный флайер! Плевать, что разрабатывали его не люди и не для людей (из-за чего он то и дело и заваливался в воздухе, точно падающий лист). Все равно это было почти как дома. Антиграв снизился, пролетел над скалами, сторонясь высоких утесов, и на миг Тимор удивился, почему Странник – а только Странник мог им управлять – не подбирается ближе. Тут антиграв взял ниже, чиркая по скалам днищем, и наконец приземлился с изрядным грохотом. К счастью, корпус был гораздо тверже скалы и прочнее дерева и успешно выдержал посадку. Колпак кабины откинулся, и высунулась человеческая голова. Вполне предсказуемо пассажиром оказалась Йоханна Ольсндот.

Тимор повернулся к Ганнону с ребятами и завопил что было мочи:

– Подмога прибыла! Подмога!

Ганнон Ёркенруд свесился через край терраски. Большой обломок плавал прямо под ним. Эйвин Верринг и некоторые ребята отстранились, а Ганнон и остальные увлеченно швырялись камнями в плот. Они кричали, гоготали и бросали в обреченных тропических Когтей камни.

– Эй, пацаны! Хватит! – заорал Тимор. Ветер съел слова, но жесты привлекли внимание Детей. Ганнон помахал ему рукой, поняв, что Тимор о чем-то предупреждает. Камнеметатели отодвинулись от края, а Тимор тем временем заскользил вниз по скале. Он тяжело приземлился в лужу подмерзшей грязи и ушибся.

Итак, он выполнил поручение Ганнона. Когда-то это было для него очень важно, а теперь казалось просто отвратительным.

Кораблекрушение Второго Года стало первым с момента прибытия Детей на планету. Йоханне Ольсндот исполнилось шестнадцать лет, но по результатам кораблекрушения за ней прочно закрепилась репутация Дрянной Девчонки. У Йоханны были основания гордиться собой – многие дети годами добивались подобного.

Странник Викврэкрам слышал о кораблекрушении, и они вдвоем тут же полетели на выручку. Дрянной Девчонке такое поведение едва ли было к лицу, но что поделать… Они сели, далеко опередив береговые патрули Древорезчицы. Йоханна откинула колпак, спрыгнула на землю и побежала к месту крушения, прежде чем Странник заглушил антигравитатор и вылез сам. Флайер на миг подпрыгнул в воздух и снова сел. Она не обратила на это внимания. Обломки плотокораблика тропических Когтей бились о скалы. Она с удивлением увидела, что спасатели уже на месте и что это Дети во главе с Ганноном Ёркенрудом. Ах ты черт, да эти говнюки швыряются камнями в утопающих! Йоханна перепрыгивала через камни, шлепала по ледяной воде Внутренней Протоки, кричала и ругалась на Ганноновых шалопаев. Завидев ее, те отступили и попрятались в скалах. Все они были моложе Йоханны и ниже ее ростом. С другой стороны, Йоханна славилась крутым нравом и была известна как Дитя, Сражавшееся на Холме Звездолета.

Йоханна окинула громоздившиеся на берегу валуны долгим взглядом в поисках остальных мерзавцев. Только одно Дитя, очень маленькое, Тимор Ристлинг, скользит вниз по скале, а Белль Орнрикакиххм ему помогает. Та еще стайка. Тимор и Белль закончили спуск и тоже пропали из виду, а Йоханна выбросила их из головы. Странник выбрался из флайера и всей пятеркой кинулся вытаскивать ее из ледяной воды, куда она уже зашла по колено.

– Эй, не надо! – воспротивилась Йоханна. – Тут мелко! – Холод пробирал до костей, но, по крайней мере, течение в заводи за скалой было довольно спокойным. Странник все же вытащил ее на берег и отвел по гальке на метр от воды.

– Тут не везде так тихо, – объяснил он, – есть водовороты и омуты. Ты себе идешь-бредешь как ни в чем не бывало, а потом – бац! плюх! – и все уже очень скверно.

Йоханне подумалось, что Странник, пожалуй, переборщил, желая показать, как спасает ее от неминуемой гибели. Но если быть честной, всего в четырех-пяти метрах от места, где они стояли, белопенная волна яростно билась о камни. Стоя на уровне моря, Йоханна с трудом различала, где начинается его гладь: брызги превратили полдень в серый туман.