Актамандр ІІІ очень ласково принял сына Хранителя и охотно дал согласие на брак своей младшей дочери с ним. Жених и невеста побывали во дворце у Фритиана, где Ариана познакомилась с младшим братом Эйнара – Некаром. У него были такие же светлые лучистые глаза, как у отца и брата, но волосы голубовато-пепельного оттенка. Ариана заметила, что Фритиан и его сыновья отличаются от остальных русалок. В них чувствовалась какая-то особенная внутренняя сила, они, несомненно, умели и знали намного больше других.

Ариане было легко и спокойно рядом с Эйнаром, она и помыслить не могла, что счастье ее окажется очень недолгим.

Глава 7. Беда

В тот роковой день ничто не предвещало беды. С утра Ариана сидела в дворцовом саду со своими друзьями-дельфинами и плела венок из нежно-розовых морских лилий. Внезапно вокруг стало стремительно темнеть, словно уже наступил вечер или над океаном собирались грозовые тучи. Встревожившись, Ариана поспешила в тронный зал к отцу.

– Успокойся, дочь моя, – отвечал Актамандр, – вероятно, это всего лишь гроза. – Но тут всех находившихся в зале обдало таким холодом, что он умолк на полуслове. У Арианы застучали зубы. Она бросилась к выходу и столкнулась с Эйнаром. Непонятно, как он оказался здесь – с утра он отправился к отцу. Эйнар схватил ее за руку и увлек за собой. Он был чем-то сильно напуган, хоть и старался казаться спокойным.

– Ариана, скорее! Скорее надень вот это! – он сдернул с руки кольцо из светло-голубого металла с крупным сапфиром и надел ей на палец.

– Что случилось? – не могла понять Ариана.

– Нет времени! Слушай – ни в коем случае не снимай это кольцо! Оно защитит тебя и укажет тебе путь! Спасайся! Помни о проходе и…

Больше Эйнар не успел ничего сказать. Новая волна холода накрыла их, слова замерли у него на губах, и он застыл, как околдованный, с протянутой к Ариане рукой. Ариана бросилась к нему, схватила за плечи и ужаснулась, ощутив ладонями не живое тепло кожи, а ледяной холод. Она огляделась вокруг и ахнула: все – и морское дно, и цветы, и дворцовые стены – покрылось тонким слоем льда. Ариана, ошеломленная, заглянула в тронный зал и едва сдержала отчаянный крик – отец и придворные, неподвижные и безмолвные, как и Эйнар, заледеневшие стены и пол… Не помня себя, Ариана бросилась в спальню сестер. Амальтея и Альфиана – обе замерли там, где их настигла волна холода: одна – перед зеркалом с гребнем в руках, другая – надевая ожерелье.

Везде, везде, куда ни заглядывала Ариана, она видела одно и то же: в саду – покрытые инеем цветы, холодные и недвижные дельфины; за пределами дворца – белые камни, замершие русалки – мужчины, женщины, дети…

– Эй! – в отчаянии закричала Ариана. – Меня слышит кто-нибудь?..

Но никто не отозвался. Было тихо, странно тихо, ни один звук не нарушал внезапно наступившего безмолвия, и Ариане стало жутко. Еще не осознав до конца всего, что произошло, она вспомнила последние слова Эйнара: «Спасайся! Помни о проходе…» Ничего другого ей теперь не оставалось.