Читаем Дети Интерната полностью

Лилия Карманова


Дети Интерната

Какая-то невидимая сила стрелой пронзила скопление облаков, отчего они распались на множество крупных белых хлопьев и лениво принялись опускаться на землю…


Открывая примёрзшую к косякам за ночь и морозное утро входную дверь, я вышел из подъезда… Снег валил огромными хлопьями и плотным слоем ложился на сугробы… Я чему-то улыбнулся и, засунув руки в тёплые карманы дублёнки, задумчиво зашагал вперёд. Погода была довольно тёплая, а снег приятно обволакивал незаметным теплом, пытаясь примерить на меня свою белую шубу… Я что-то вспомнил и тут же забыл…


Серёжка сидел на подоконнике и наблюдал, как снежинки падают с неба, и неспешно аккуратно приземляются на людей, землю и крыши противоположных домов… Серёжка любил смотреть на Снег.

Снег был его единственным Другом и Братом, которых у него, наверное, никогда не было.

Мальчик спрыгнул с подоконника и тихо, чтобы никого не разбудить, прошмыгнув к своей кровати, нырнул под одеяло.

Поначалу было холодно, но затем тепло его тела заполнило всю постель, которая, «перерабатывая» его, отдавала мальчику обратно. Такой круговорот продолжался на протяжении всей ночи.

Серёжка делился своим теплом с постелью, а она с ним - своим.

Просто больше некому было делить с мальчиком это тепло…


«А ещё Лёшка меня вчера избил…» - неуверенно пожаловался Серёжка воспитательнице. Строгая тётка в очках с толстыми стёклами выслушала его с серьёзным видом, не поведя и бровью…

Этим же вечером Лёшка избил его снова. «Это тебе за то, что жалуешься, сопляк!!! Это - за то, чтобы больше не жаловался!!! А это… а это - от меня со всей любовью!!!» Улыбнувшись злой и полубеззубой улыбкой, Лёха нанёс последний удар - в пах.

После этого он удалился из туалета, а Серёжка полчаса не мог ни разогнуться, ни полноценно вздохнуть… Просидев в туалете с час, он понимал, что пропустил ужин. И ещё он отлично понимал, что за это ему достанется - только на этот раз от воспитателей… Интерната… Но пошевелиться он не мог - всё болело и ныло… Лёшка в свои 15 очень даже неплохо владел техникой избиения. Наверное, успел научиться за годы пребывания в Детском Доме. Его когда-то «учили» так же, как он сейчас «учит» Серёжку…


Вспоминая прошедший день, Серёжка грелся в кровати и пытался вспомнить то, что произошло с ним ещё в раннем детстве… Не будучи уверенным, что вспомнит события такой давности, он, недолго поколебавшись, решил оставить эту затею. «Лучше уж помечтать…» - подумал он. К тому же, он отлично понимал, что именно ПЫТАТЬСЯ вспомнить определённый момент жизни - глупо.

Гораздо умнее отключить разум и память - тогда тебя посещает воображение. Сначала приходят мечты, потом постепенно превращаются в воспоминания. Потому что и мечты, и воспоминания у Серёжки сводились к одному - к родителям… Были ли они у него? Кто они? Почему оставили его?.. А мечты… ну, конечно, о любящей семье. О чём ещё может мечтать 9-летний мальчишка, не живущий, а существующий в Интернате?.. Друзей у него не было, зато врагов - хоть отбавляй! Его почему-то не любили все - и воспитатели, и воспитанники. А он в отместку им… любил их всех. За это они не любили его ещё больше…

Серёжка не понимал - неужели нельзя всем жить дружно? Каждый день по несколько раз многие ему доказывали, что нельзя… То, что Серёжка не испытывал ненависти и неприязни ни к кому в Интернате, не удивляло его - ему казалось, что все люди заслуживают хорошего отношения, потому что даже плохие поступки они совершают не от хорошей жизни. А вот их это восприятие жизни маленького «сопляка» выводило из себя. Зло они вымещали на Серёжке, регулярно избивая его… Знали, что он не отомстит им - «слишком глуп и несообразителен для этого»…


«О, мой любезный Друг! - обращался Серёжка к Снегу. - Вот, было бы хорошо, если б ты никогда не покидал меня! Ты - единственный, кто меня понимает… И не нужен я больше никому, кроме тебя… А ты - Добрый - всех помнишь и со всеми дружишь. Я такой же - всех люблю, а меня, как и тебя, все не любят… Хотя тебе везёт больше - у тебя есть Друзья, в отличие от меня…» Об этом и о многом другом Серёжка рассказывал Снегу каждый день. Потому что рассказывать больше было некому… Со Снегом мальчик подружился быстро, т. к. тот его не перебивал, не бил и верил ему… А самое главное - Снег позволял ему себя любить, не принимая Любовь за слабость и глупость…


Перейти на страницу:

Похожие книги

Заберу тебя себе
Заберу тебя себе

— Раздевайся. Хочу посмотреть, как ты это делаешь для меня, — произносит полушепотом. Таким чарующим, что отказать мужчине просто невозможно.И я не отказываю, хотя, честно говоря, надеялась, что мой избранник всё сделает сам. Но увы. Он будто поставил себе цель — максимально усложнить мне и без того непростую ночь.Мы с ним из разных миров. Видим друг друга в первый и последний раз в жизни. Я для него просто девушка на ночь. Он для меня — единственное спасение от мерзких планов моего отца на моё будущее.Так я думала, когда покидала ночной клуб с незнакомцем. Однако я и представить не могла, что после всего одной ночи он украдёт моё сердце и заберёт меня себе.Вторая книга — «Подчиню тебя себе» — в работе.

Дарья Белова , Инна Разина , Мэри Влад , Тори Майрон , Олли Серж

Современные любовные романы / Эротическая литература / Проза / Современная проза / Романы
Достоевский
Достоевский

"Достоевский таков, какова Россия, со всей ее тьмой и светом. И он - самый большой вклад России в духовную жизнь всего мира". Это слова Н.Бердяева, но с ними согласны и другие исследователи творчества великого писателя, открывшего в душе человека такие бездны добра и зла, каких не могла представить себе вся предшествующая мировая литература. В великих произведениях Достоевского в полной мере отражается его судьба - таинственная смерть отца, годы бедности и духовных исканий, каторга и солдатчина за участие в революционном кружке, трудное восхождение к славе, сделавшей его - как при жизни, так и посмертно - объектом, как восторженных похвал, так и ожесточенных нападок. Подробности жизни писателя, вплоть до самых неизвестных и "неудобных", в полной мере отражены в его новой биографии, принадлежащей перу Людмилы Сараскиной - известного историка литературы, автора пятнадцати книг, посвященных Достоевскому и его современникам.

Людмила Ивановна Сараскина , Леонид Петрович Гроссман , Альфред Адлер , Юрий Михайлович Агеев , Юрий Иванович Селезнёв , Юлий Исаевич Айхенвальд

Биографии и Мемуары / Критика / Литературоведение / Психология и психотерапия / Проза / Документальное