Читаем Детерминизм и системность полностью

Уточняя смысл этого утверждения, отметим, что формальный аппарат исчисления вероятностей имеет дело с абстрактной возможностью. Если же говорить об отражении перехода от абстрактно-возможного к необходимому, то оно предполагает учет всего реального многообразия условий. Использовать формальный признак в качестве ориентира реализации этого перехода было бы допустимо, если бы совокупность условий действительно можно было формализовать полностью. Однако такое допущение не выполнимо. Соответственно, рассматриваемое утверждение не может считаться достаточно строгим.

В ряде случаев применяемые в современной науке формализмы для исчисления вероятностей не способны рационально выразить специфику изучаемой сферы возможностей. Так обстоит дело, например, при описании некоторых физических явлений, обладающих очень малой вероятностью. Отсюда возникают своеобразные парадоксы.

Скажем, с точки зрения статистической физики, вероятным является замерзание воды в сосуде, который поставлен в раскаленную печь. Вместе с тем, вероятность этого результата столь мала, событие является столь редким, что его реализация в макроскопическом виде требует невообразимого масштаба времени, несовместимого с временными масштабами протекания большинства известных макрофизических процессов. Следствием этого и является тезис о невозможности.

Вопрос о дальнейшем развитии способов возможностного описания ставится в современной науке весьма остро. Его решение предполагает отказ от ряда исходных идеализаций определения вероятностей. В частности, тех, которые связаны с представлением элементов системы с помощью абстрактно-случайных характеристик. Новые подходы конкретизируют средства описания возможностей применительно к задачам исследования сложных систем. Они трактуют связи между элементами с позиций «разумной» целостности, информационной согласованности. Отсюда проистекают, например, попытки определить вероятность через понятие информации. В рамках концепции вероятностного детерминизма особое место принадлежит идее «вероятностной причинности», разрабатываемой большой группой авторов (Л. Б. Баженов, В. С. Готт, Б. С. Украинцев, Л. П. Шарыпин и др.).

На ее основе расширяется смысл категории «причинность»— за счет признания неопределенности и неоднозначности в качестве существенного момента причинно-следственной зависимости. Однозначная причинная связь здесь трактуется как предельный случай.

Непосредственным толчком к появлению указанной идеи послужили трудности методологического и общефилософского плана, возникающие на почве квантовой механики (попытки непричинного истолкования принципиальной статистичности квантово-механического описания). Новые ее аспекты выявляются на материале исследования сложных систем.

Учет сложных ситуаций, выделение сложных систем требуют поиска новых форм фиксации определенности (с учетом случайности, возможности, субординации уровней организации и т. д.). В этом плане следует рассматривать обращение к вероятностно-статистическим формам зависимости как к важной разновидности детерминации, выходящей за рамки однозначной причинной детерминации.

Хотя понятие вероятностной причинности решает ряд методологических вопросов, связанных с описанием и объяснением неопределенностных ситуаций, тем не менее проблема его применения в современных философских и научных разработках остается дискуссионной.

Во многом это объясняется наличием нерешенных методологических проблем, касающихся истолкования природы вероятностных форм описания явлений. Так, вероятностные зависимости выводятся из предположения об автономности случайных событий, об отсутствии между ними причинной связи. Вместе с тем в ряде областей научного познания известны факты взаимозаменяемости между строго причинным и вероятностно-статистическим описанием. Такого рода факты свидетельствуют о сложном отношении между вероятностными и традиционными причинными методами научного исследования. В эмпирических исследованиях встречаются, например, попытки представить разброс количественных параметров, охватываемых вероятностной зависимостью, как результат некоторой конкретной причины. Однако простого перехода к определению этой причины, как правило, не существует.

С формальной точки зрения правомерно говорить об идентичности причин, порождающих массовые случайные явления. Тем не менее точнее было бы определить такую идентичность, как интегральное действие детерминирующих факторов.

В методологическом плане представляется важным, что тезис о вероятностной причинности обязывает реализовать дифференцированный подход к исследованию концептуальных форм, в которых отражается причинность.

Характеризуя однозначную причинность, приходится учитывать, что ее выделение возможно лишь в достаточно простых случаях, с применением целого ряда идеализаций, упрощений, абстракций.