Читаем Десять «за»… (ЛП) полностью

— Нет, — ответила она, сама удивляясь тому, как устало звучит ее голос. — Моя семья… Нам необходимо… — Она сглотнула и закрыла глаза, так ей вдруг стало больно. — После того, как папа умер, дела пошли очень плохо и…

— Не надо, — Оливия остановила ее мягким пожатием руки. — Я понимаю.

Аннабель улыбнулась сквозь слезы. Она была благодарна собеседнице за доброту, но одновременно не могла не думать, что на самом деле та не может ее понять. Только не Оливия Валентайн, у которой есть и любящий муж, и богатые знатные родители. Она просто не может знать, какой тяжкий груз лежит на плечах Аннабель. Понимание того, что она в силах спасти семью… всего-то и надо — принести в жертву собственную жизнь.

Оливия участливо вздохнула.

— Ладно, — деловито произнесла она. — Уж на один-то день мы в силах все отсрочить. Можете оставаться у нас до вечера. Мне как раз необходима компания.

— Спасибо, — поблагодарила Аннабель.

Оливия похлопала ее по руке и встала. Подошла к окну, выглянула на улицу.

— Дом дедушки отсюда не виден, — заметила Аннабель.

Оливия с улыбкой обернулась к гостье.

— Знаю. Просто я задумалась. А мне лучше всего думается именно у окна. Наверное, где-то через часок, мне следует совершить небольшую прогулку. Посмотреть, стоит ли еще графская карета у особняка Викерсов.

— Вам не стоит этого делать, — возразила Аннабель. — Ваше положение…

— Ничуть не мешает мне гулять, — улыбаясь закончила Оливия. — По правде говоря, приятно будет пройтись. Первые три месяца мне было очень плохо, а если верить маме, последние три обещают быть не лучше, так что стоит получать удовольствие от передышки.

— Да, это лучшая часть беременности, — кивнула Аннабель.

Оливия вопросительно склонила голову на бок.

— Я старшая из восьмерых. Мама была беременна почти все мое детство.

— Восемь детей? Святые небеса! У моих родителей всего трое.

— Именно поэтому лорд Ньюбури и хочет на мне жениться, — без выражения пояснила Аннабель. — У мамы было шесть братьев и сестер, у отца — девять. Не говоря уже о том, что если верить слухам, я настолько плодовита, что птицы начинают петь, стоит мне пройти мимо.

Оливия моргнула.

— Так вы это слышали?

Аннабель закатила глаза.

— Даже мне это показалось забавным.

— Хорошо, что вы воспринимаете все это с юмором.

— У меня нет выбора, — пожала плечами Аннабель. — Если не воспринимать такое с юмором, то… — Она вздохнула, не в силах закончить фразу. Слишком все это печально.

Аннабель сгорбилась, уставившись на резной изгиб ножки чайного столика. Она все смотрела и смотрела, пока изображение не расплылось, а потом не раздвоилось у нее в глазах. Похоже, у нее развивается косоглазие. Или она слепнет… А вдруг, если она ослепнет, лорд Ньюбури передумает на ней жениться? Интересно, можно ли ослепнуть, если скашивать глаза к носу много дней подряд?

Почему бы и нет. И наверное, стоит попробовать.

Она слегка склонила голову в другую сторону.

— Аннабель? Мисс Уинслоу? С вами все в порядке?

— Замечательно, — машинально ответила Аннабель, не отрывая взгляда от столика.

— А вот и наш чай! — облегченно воскликнула Оливия. — Ну вот. — Она села и поставила чашку на блюдце. — Какой вы предпочитаете?

Аннабель неохотно отвела глаза от ножки стола и перестала косить.

— С молоком, пожалуйста. И без сахара.

Оливия ждала, пока заварится чай, болтая обо всем и ни о чем одновременно. Аннабель была счастлива… нет, просто благодарна хозяйке, что может сидеть и молча слушать. Она узнала историю подруги Оливии, а теперь и ее невестки, которая не очень-то любила приезжать в Лондон. Услышала рассказы и о брате-близнеце — он, оказывается (правда, исключительно по нечетным дням) мог быть сущим наказанием.

— По четным же, — заявила Оливия, возводя глаза к небу, — думаю, я его даже люблю.

Потом Аннабель потягивала горячий чай, а Оливия рассказывала ей о работе своего мужа:

— Раньше он переводил какие-то жуткие документы. Ужасно скучные. Казалось бы, бумаги военного ведомства должны буквально-таки ломиться от тайн, но поверьте мне, ничего такого и в помине не было.

Аннабель пила и кивала, кивала и пила.

— А работая над книжками Горли, он постоянно жалуется, — продолжила Оливия. — Стиль там действительно кошмарный. Но мне кажется, втайне Гарри даже любит их переводить. — Она посмотрела наверх, будто задумавшись о чем-то. — На самом деле, именно Себастьяна он должен благодарить за эту работу.

— Неужели? И как же это получилось?

Оливия открыла рот, но прошло несколько мгновений, прежде чем она ответила:

— Честно говоря, я даже не знаю, как бы это описать. Но как-то Себастьян стал читать вслух принцу Алексею. Думаю, вы с ним вчера встречались.

Аннабель кивнула. Потом нахмурилась.

— Он читал принцу вслух?

Оливия, видимо, и сама до сих пор не могла в это поверить.

— Да, это было незабываемо. — Она покачала головой. — До сих пор не верится. Горничные от этого чтения буквально рыдали.

— Надо же! — Все-таки ей следует прочесть хоть одну книжку этой Горли.