Читаем Дерзкий ангел полностью

Его язвительный тон прозвучал как пощечина. Но вместо того чтобы отпрянуть, она заставила себя улыбнуться.

— Сначала я должна понять, какие у него фантазии. Надо сказать, что ваши, должно быть, потрясающе соблазнительные.

Ее глаза окинули его фигуру — от блестящих носков черных башмаков до модного черного кафтана, словно она могла определить тайные мужские желания одним пристальным взглядом.

На его одежде не было ни дорогих пуговиц или запонок, он не носил ни цепочек, ни колец, ни перстней — ничего, что могло бы как-то обозначить его титул и богатство. Не носил даже парик — его черные как смоль волосы были зачесаны назад и просто подвязаны, как у какого-нибудь буржуа.

И вот так он вырядился на свою свадьбу? Непонятно, почему она вдруг обратила на это внимание, но обратила. И теперь уже не могла не думать, что его вид скорее напоминает о чьих-то похоронах.

Ну наглец! Полное отсутствие уважения к собственной свадьбе! Да он просто заслуживает того, чтобы ему выцарапали глаза! А она-то желала, как бы у них все замечательно получилось в… постели!

Она снова отчитала себя за то, что обращает внимание на мелочи. В конце концов именно он настаивал на их браке, и все ради наследника.

Она много раз подвергала себя опасности, играя роль Дерзкого Ангела, но никогда опасность разоблачения не грозила ей так реально. Ей вспомнились предупреждения Эммы, но все они меркли, и росла ярость из-за его нескрываемого пренебрежения к собственной свадьбе. Как бы ей хотелось еще раз взбесить его тем, что сбежит прямо из-под его аристократического носа, но не раньше, чем это действительно причинит ему боль.

— Но недостаточно, чтобы я догадывалась о ваших желаниях, — продолжала София. — Гораздо лучше будет, если вы сами их выскажете.

Он принял ее вызов.

— И если я скажу вам, чего хочу, вы дадите мне это?

Она капризно надула губки.

— Полагаю, у меня нет выбора. — Она подняла свою тонкую руку и провела пальцем по его щеке. — Выбор всегда останется за вами.

Он обнял ее, его рот обрушился на нее. Страстный поцелуй, казалось, стремился запечатать ее уста, словно он заранее знал, какой выбор сделало ее тело.

Она попыталась отстраниться, но его губы так прижались к ее губам, что нечего было и думать оторвать их от себя. Но когда его язык проник в ее рот, а руки стиснули ее еще крепче, страсть кипучей волной унесла все ее протесты.

В эти лихорадочные минуты у нее возникло ощущение, что он снял с нее маску и смотрел на нее так, будто хотел заглянуть в душу.

С чего она решила, что такая уж опытная и что ее ничем не удивишь?

Нежно его пальцы касались ее обнаженных рук так неторопливо, словно у него была впереди вся ночь, чтобы изучить ее тело, — резкий контраст с пылкостью поцелуя, еще недавно требовавшего от нее немедленной покорности и удовлетворения.

Ярость, которую она испытала к Джайлзу только что, сплавилась со страстью к нему, что и вызвало немедленный и пылкий отклик на его нежность. Под его ласковыми пальцами затрепетали все ее чувства, немедленно зазвенев в мозгу требованием чуда и недвусмысленно заявив о себе сладостной истомой в самом центре ее женственности.

Его губы продолжили нежное путешествие по чудесной коже ее затылка, осыпая частыми поцелуями. Он хозяйским жестом сдвинул с нее вниз жалкие остатки того, что было лифом платья и шемизеткой. Сладкая нежность любовного призыва встревожила ее так же сильно, как обрадовал прохладный воздух, коснувшийся ее разгоряченной кожи.

Джайлз просто не мог оторваться от этой непостижимой женщины, которую держал в своих объятиях. Он и не думал, что все так случится, и не собирался попадать в ее чувственную ловушку. Ее флирт казался совсем безобидным, когда она подставила ему губы.

Он знал, что она не делила постель со своими жертвами, по крайней мере не спала с Монти. А поскольку сам он не пил ее отвара, то какой еще номер собирается выкинуть обладательница этих сладчайших губок?

Но вот ее уста раскрылись и зашептали; что-то колдовское, умоляя поизучать ее податливое тело.

— Пожалуйста, — бормотала она, и его пальцы сомкнулись вокруг ее напряженного соска. Тело Ангела выгнулось, она удовлетворенно вздохнула, словно растаяла под его лаской.

И как бы ему ни казалось, что он держит все под контролем, его вдруг пронзило осознание простейшей истины: оба они уже не подвластны разуму. Он еще никогда не испытывал ничего подобного к женщине, которой хотел обладать.

Смелая, дерзкая, неистовая. Он желал ее и понимал, что одной ночи ему будет недостаточно.

И все же это недопустимо, мелькнула у него мысль.

Ее рука скользнула вверх по его ноге и достигла налитой, выпирающей из бридж плоти. Медленно и даже робко начала поглаживать ее через ткань.

Он пытался обуздать себя, старался не поддаться этим возбуждающим прикосновениям. Но с каждой минутой его способность сопротивляться таяла от бесстыдной чувственной ласки Ангела.