Читаем Держись, Бориска! полностью

— Доброе утро, команда! — в проходе с бодрым приветствием показалась энергичная леди в джинсах и мешковатом свитере. Походя, прижимая ухом к плечу телефон, она выискала в хлебнице бублик. Судя по разговору, леди организовывала день рождения, планировала закупку продуктов на неделю, канцелярии на год и запись детей к врачу одновременно. Откусив бублик и даже не прожевав, она обратилась ко всем собравшимся. — Так! Дел много, а нас мало. Быстро кушаем и вперёд, в новый день!

Судя по лицам, призыв не нашёл поддержки в кругах завтракающих, но для проформы все согласно закивали.

— Маша лучше всех, хоу! Маша лучше всех, хэй! — в ногах проскочила девчонка с задорным хвостом и футболке с енотом, счастливо обнимающим огромный леденец.

— Мне нравится этот настрой! — леди снова отвлеклась от телефона. — Берём на вооружение, команда! Раз, два, три и-и-и-и поехали-и-и!

— Иди уже, не порть дитям пищеварение, — баба Маня не разделила задора энергичной соседки и недобро зыркнула на неё из-за кастрюли. Леди закатила глаза, но не стала спорить. Вспомнив о недоеденном бублике и висящем на телефоне собеседнике, обратила всё внимание на них, развернулась и ушла.

— Бабушка, а каша с вареньем будет? — поинтересовалась девчонка, усаживаясь за стол и хватая ложку.

— Конечно с вареньем, Машута, — ответила баба Маня, достала из холодильника трёхлитровую банку и с гордостью поставила её на стол. — С малиновым!

После завтрака Борис помогал Маше мыть посуду, чистить овощи на суп, резать их кусочками оптимального размера. Отмерял муку бабе Мане, пока та заводила тесто на пирожки. Решив кулинарно-бытовые вопросы, Борис вознамерился было припасть к розетке и, наконец, поработать, но снова столкнулся с суровой правдой жизни. В розетку воткнули вилку от мультиварки с супом. Маша с бабой Маней пререкались о том, стоит ли накинуть детям на прогулке кофточки в тридцатиградусную жару. Сошлись на том, что кофточки нужно взять с собой, но без шапочек из дома никого не выпускать.

Вокруг носилась Машута, в предвкушении выхода на улицу. Подскочила к Борису, забралась и уселась напротив него на кухонный гарнитур. Маленькие ножки колотили по нижнему шкафчику, и с каждым ударом баба Маня легонько вздрагивала.,

— Дядя Боря, а ты со мной гулять пойдёшь? — поинтересовалась егоза и, не дожидаясь ответа, продолжила. — Там така-а-ая качеля! Закачаешься.

— А ну, дуй одеваться, негодница, — баба Маня согнала девчонку со столешницы и лёгким шлепком по попе отправила на выход. — И ты, Бориска, собирайся. Совсем зачах уже за своим компуктером.

— Компьютером, бабушка. — поправил её Борис.

— Пусть так, — отмахнулась старушка и пошлёпала с кухни, оставив Борю одного. С тоской глянув на занятый источник питания, парень отправился вслед за ней.

На площадке баба Маня скакала вокруг горки, отгоняя от детей незримые опасности и без конца охала. Маша приглядывалась к лавочке и, похоже, размышляла, позволительно ли взрослой, самодостаточной женщине прилечь на неё и вздремнуть полчасика. Машута с восторгом глядела на новые качели и с грустью — на очередь желающих прокатиться на них детей. Кому-то стоит тоже вставать пораньше, подумал Бориска. Сам он сидел и тоскливо просматривал с телефона рабочие письма.

Обед дублировал завтрак по уровню суеты бабы Мани, пристраивающей в духовку пирожки, пока Маша разливала по тарелкам суп. Борис уныло мотылял по тарелке ложкой. Вернувшись домой с прогулки, он разумно предположил, что стоит выработать график пользования розеткой, иначе это ведь никуда не годится. И даже хотел заручиться поддержкой энергичной леди. Но та не стала и слушать. Когда Борис нашёл её в закоулках коммуналки, та, не отрываясь от записей в ежедневнике, бросила ему, что может принять по личным вопросам только в ближайшую пятницу, с 16–00 до 16–10, и попросила не опаздывать. Борис вздохнул и ушёл. Ждать пятницы.

Послеобеденная дрёма захватила всю женскую неполовину населения. Маша с Машутой читали на диване книжку, баба Маня тихонько сидела в уголке на балконе и оттирала нагар со дна кастрюль, то и дело приговаривая, что «совсем Манька засралась». Утренняя красотка показывалась где-то на окраинах комнаты, перебирая платья в шкафах. Борис увидел в этом свой шанс. Молодым леопардом бросился он навстречу возможности решить рабочие вопросы, но дверь в помещение с угрожающим свистом распахнулась и все узрели всклокоченную, не хуже, чем Маша поутру, энергичную леди.

— Аларм, команда! Поделка в сад на завтра младшему и выездная репетиция у старшей. Работаем!

Женщины подскочили, загалдели, выражая полное несогласие с новыми вводными.

— Да у меня ещё ужин не готов!

— А как же стирка? И глажка неделю дожидается.

— А гулять ещё пойдём?

— Ванну только не занимайте, мне голову мыть!

— Да что там мыть, три пера в два ряда.

— Я вас бы попросила не…

— А ты не проси, не допросишься! Вертихвостка! Опять, как девка базарная, вырядилась! Поясницу прикрой, продует.

— Баба Маня, ну что вы так…

— А ты, Манька, молчи!

— Не называйте меня Манькой, вы же знаете, я не люблю!

— Ишь какая выискалась!

— Я игра-а-ать хочу-у-у!