Читаем Денежный призрак полностью

– Серж, хочу тебя вернуть на землю. Во-первых, на сто тысяч долларов ты не сможешь открыть дело в странах запада, где состоятельных бизнесменов и таких как ты, голи мечтательной, пруд пруди. А борьба за блага жесточайшая, так что если у тебя нет ничего, а только легенда, помнишь, что сочинил о себе из семейства немецких миллионеров, эмигрировавший в свое время в Штаты, культурист Шварц Нигер, прикрываясь пустым чемоданчиком с тремя долларами, рассказывая таким лохам, как ты о своем мифическом происхождении американцам, то грош тебе цена с твоими ста тысячами долларов.

– Я, как будто чувствую, что миллионов три четыре долларов у нас должно появиться. Но никак не могу ничего придумать. – Уныло проворчал Сергей.

Два друга Сергей и Петр шли по аллее парка мечтая о богатой жизни. Один в помятом, видавшем виды костюме серого цвета, другой в ветровке с капюшоном и спортивных брюках. Лучи заходящего солнца освещали еще верхушки кленов и лип и предавали мрачному парку светлый оживленный облик, путаясь в шумевшей от ветерка листве. Сергей был выше Петра. Его статная подтянутая фигура и лицо, воплощение мужественной мужской красоты, придавали ему загадочный и романтический вид. Но глаза, смотрели колко из-под вечно нахмуренных бровей в минуты раздражения сверкали диковатыми мерцающими огоньками иронии. Он любил женщин, он нравился внешне женщинам, но его глаза, глаза его смотрели на противоположный пол алчно и хитро, что всегда отталкивали девушек. Ему же казалось, что с приобретением денег он достигнет всего. Да, жизнь не избаловала Сергея своими сладостями. Рано лишив его родителей, он вынужден был в 14 лет работать в колхозе помощником кузнеца, закончив школу семилетку. Когда ему исполнилось восемнадцать его обвинили в преступлении об изнасиловании пятнадцатилетней девушки, которого он не совершал. Он попал на скамью подсудимых вместо сынка богатого местного коммерсанта. Его сокамерники тщательно проверили через тюремную почту, правда ли это? Среди сидельцев, статья за изнасилование весьма нелестное преступление. Оказалось, что не за что сломлена судьба парня. И вот отбыв десятилетний срок заключения он, будучи уже двадцативосьмилетним мужчиной с седой прядью на черной, как смоль голове, решил, что молодость ушла, что время утеряно, что жизнь сыграла с ним злую шутку. Что окружающие его люди – это сплошь воры и халтурщики. Что честным трудом он не достигнет того всего, что так красочно рисовало и рисует ему воображение. И он, Сергей Александрович Конотопский, стал лихорадочно жаждать денег. Он ощущал их шершавое прикосновение в своих снах. Он видел хрустящую кипу пачек на своем столе. Но стоило ему открыть глаза, как призрак денег уплывал, развеивался, дразня и подзадоривая воображение. Одевался Сергей Конотопский однообразно в поношенный серый костюм с вечно мятыми брюками и черные зашнурованные ботинки. Но рубашки были всегда белые, чисто выстиранные и разглаженные с расстегнутым воротом, сквозь который просматривалась мощная бычья шея. На заводе в кузнечном цеху он аккуратно переодевался в раздевалке в чистую робу, которую часто носил домой и стирал, ибо терпеть не мог грязи, окружавшей весь его жизненный путь. И на работу, и в парк с другом Петром Алексеевичем Гаркушей они ходили вместе, где было хорошее кафе. Там пили пиво, гуляли парком и мечтали о больших деньгах. Петр Гаркуша в отличие от своего друга был несколько ниже своего товарища. Русые волосы, хорошо сочетались с цветом подобранной со вкусом рубашки, на этот раз на нем были джинсовые брюки и легкие полу сапоги на модной ковбойской подошве, на плечи накинута серая ветровка с капюшоном. Правильный овал лица, тонкий профиль точеного носа и голубые женственные глаза неотразимо действовали на женщин. Он был наделен природой всем и внешностью, и благопристойной жизнью, но рос без отца. Мать, как ей казалось, хорошо воспитала сына. С отличием окончив школу, он успешно поступил в автодорожный институт и после учебы, работал инженером технологом кузнечного цеха, где и сдружился с Сергеем. Вконец испробовав все соблазны жизни, он погрузился в апатичное созерцание окружающего мира, став в свои двадцать пять лет молодым человеком с душой старика. Петра влекло к Сергею, как к человеку, жаждавшему плодов, вкушенных им. Ему, было интересно в обществе взрослого ребенка, находить те крупицы растраченной энергии и сил, что так сверкали в колких глазах друга. Он жил другом, ему хотелось всего того, о чем мечтал и думал друг, ему хотелось денег. Идеи добычи денег приходили невероятные, но все казались абсурдными и смешными. Устав от них, друзья по мимо воли шли беззаботно по аллее, не думая ни о чем. Сергей неожиданно сказал, глядя на девушку, шедшую впереди их с огромной черной овчаркой немецкой породы:

– У меня дед, помню, был колдуном.

– Ха, ха, ха! – засмеялся Петр, – И долго ты думал над этим?

– Не смейся. Я вполне серьезно. – Сосредоточенно сказал Сергей. И помолчав, добавил,

– Мне от него досталась какая-то сила, кажется внушением называется.