Читаем Дьенбьенфу полностью

- Летите назад, – приказал он пилоту.

Если бы Коньи мог узнать содержание обращения, переданного главнокомандующим Народной армией генералом Во Нгуен Зиапом своим войскам, он лучше понял бы ту силу духа, которая вдохновляла солдат, рывших бесчисленные траншеи. Зиап писал: – Уже долгое время противник все еще старался обмануть мировое общественное мнение в отношении происходящих у нас событий. Но ему это уже не удается. Таким образом, противник признал, что если над укреплениями Дьенбьенфу поднимется знамя Демократической республики Вьетнам, то в положении Индокитая произойдут огромные изменения, которые окажут влияние на всю Юго-Восточную Азию...»

Не было сомнений, что люди с красными жестяными звездочками на тропических шлемах были полны решимости добиться именно этих изменений. Кто же теперь смог бы их остановить?

Коньи приказал побыстрее десантировать оставшиеся подразделения обоих парашютных батальонов, сбрасывать новые орудия, пулеметы, боеприпасы и провиант над заблокированной крепостью. И днем, и ночью.

Он наседал на Наварра, пока тот не пообещал ему добиться поддержки у 7-го флота США, который выделил бы дополнительные самолеты, способные при любой погоде, за исключением очень низкой облачности, бомбить и поливать напалмом горы вокруг Дьенбьенфу.

Ночи над крепостью освещались зеленым светом осветительных бомб, сбрасываемых с пролетавших на большой высоте «Дакот». Но все равно – снаряды Вьетминя по-прежнему взрывались на территории крепости.

- Избавьте меня от нее! – выругался Коньи, когда в Ханое ему сообщили, что Поль Буржад, «секретарша» полковника де Кастри хочет встретиться с ним и поговорить об ее дальнейшем использовании. – Я не хочу ее видеть! Отправьте ее в Сайгон, к Наварру. Пусть ему жалуется. Не я придумал эту Дьенбьенфу, в которой сейчас маринуется ее миленок! Это был Наварр, так что пускай он с ней и разбирается!

ОПЕРАЦИЯ «ГРИФ»

- Не будем ходить вокруг да около, – сказал министр обороны Плевен начальнику Генерального штаба Полю Эли. – «Габриель» и «Беатрис» пали так быстро, что у де Кастри не было времени даже подумать об «Анн-Мари», которую атаковали следующей.

Он задумчиво посмотрел на карту, показывающую укрепления Дьенбьенфу. Около него молча стоял начальник Генштаба, все еще не преодолевший свой шок.

Плевен был в ярости. Он чувствовал, что его опасения, которые он до сего дня скрывал от военных, сейчас сбываются. Крепость не сможет отразить решительный штурм вьетнамцев. Плевен следил за всеми поступающими сведениями. Он знал, что разбиты уже два батальона, запасы боеприпасов тают так же быстро, как и запасы топлива. А после разрушения главной ВПП пополнить их путем сброса на парашютах уже не удастся. Уже сегодня больше половины сбрасываемых грузов либо попадает на ничейную землю, либо достается вьетнамцам, потому что пилоты боятся зенитного огня и сбрасывают грузы с большой высоты, не в силах обеспечить нужную точность.

Министр знал и численность личного состава в Индокитае. Наварр еще сможет забрать один или два батальона с других мест дислокации, но даже если он немедленно перебросит их в Дьенбьенфу, это уже не сможет переломить ход событий.

Плевен рассматривал фотографии, доставленные из крепости. Его не покидало неприятное чувство, что однажды ему придется ответить за то, что там происходит: погибшие неделями не могу быть похоронены из-за беспокоящего огня противника, раненые рядами лежат в грязи, прикрытые от дождя лишь брезентом от палаток, и умирают один за другим. Все больше орудий выходят из строя, половина танков уже не боеспособна. Слово «хаос» было бы очень мягким для обозначения того, что творилось в котле Дьенбьенфу.

- Мы сделали ошибку, поддавшись на иллюзии Наварра, – сказал он. Затем предложил Эли сесть и сам уселся в кресло у своего письменного стола.

Начальник Генерального штаба был не только знаком с коварством войны в Индокитае, он хорошо ориентировался и в том, что касалось личностей служивших там командиров. Наварр не принадлежал к числу его любимчиков. Эли даже незаметно попытался не допустить его назначения в Сайгон, но ему этого не удалось. Похоже, теперь он потребовался Плевену, чтобы спасти то, что еще можно спасти. А имеет ли это смысл?

Он заговорил в первый раз с того момента, как Плевен принял его: – Вы думаете об отзыве Наварра, господин министр?

- Нет, Плевен не хотел, чтобы Наварр так легко отделался. Пусть расхлебывает кашу, которую сам заварил.

- Я думаю совсем о другом, – объяснил он сдержанному Эли, дипломатические способности которого он так высоко ценил. Но сначала он взял с Эли слово, что тот никому не скажет ни слова о том, что будет обсуждаться сейчас в кабинете министра. – Вы припоминаете последние дебаты в парламенте по вопросу Индокитая?

- Очень хорошо помню, – ответил Эли. – Это тогда этот радикально-социалистический депутат Мендес-Франс прямо обвинил правительство в том, что оно постепенно продает Индокитай американцам. Он говорил о военных поставках, получаемых нами в кредит, и о миссии связи США во Вьетнаме...