Читаем Дьенбьенфу полностью

- Это мы и так знали, – гудел Коньи, пижама которого еле сходилась на его могучем торсе. Он вытирал полотенцем коротко постриженные волосы. – Что еще?

- 308-я, 312-я и 351-я дивизии Вьетминя, по меньшей мере, их основные части, движутся на запад, заворачивая к северу. На базах западнее Тай-Нгуена и северо-восточнее дельты остались лишь некоторые подразделения этих дивизий. Для охранения. Похоже, что все движется на Лай-Чау…

- На лаосскую границу, – заметил Коньи. Он ударил в гонг, висевший на стене. Тут же появился солдат с подносом с кофе. Коньи не любил есть по утрам. Сегодня ему было даже кофе противно. Но черный как уголь, горький напиток разбудил его жизненные силы. Он взял сводку и прочел. Возвращая ее адъютанту, он прорычал: – Похоже, что они переносят основные усилия в направлении Лаоса. Нам это на пользу, что касается дельты. Кроме того, это укрепит Наварра в его желании создать этот чертов барьер между Лай-Чау и Дьенбьенфу.

Через час, проинформировав Наварра в Сайгоне, он уже был уверен, что его опасения сбываются: Наварр настаивал на операциях на северо-западе.

Коньи с самого начала скептически отнесся к идее барьера, опирающегося на Дьенбьенфу и Лай-Чау, прежде всего потому, что опасался ослабления своих сил в дельте, откуда, несомненно, заберут часть его войск для усиления нового фронта. Но новоиспеченный дивизионный генерал никогда не спорил в открытую с главнокомандующим. Он осторожно с ним согласился, сделав несколько оговорок, а затем попросил своих штабных офицеров сделать анализ. Этот анализ показал, что с самого начала операция обречена на провал.

Представители сухопутных войск указывали, что во всей стране уже не хватит французских войск, чтобы, действуя с одного укрепленного пункта, вроде Дьенбьенфу, с использованием тяжелых дальних дозоров предотвращать передвижения войск Вьетминя. Противник, как доказано, уже имел достаточно сил и опыта, чтобы обходить даже большие воинские контингенты, разместившиеся в этих так называемых заградительных фортах, если ему это было нужно. Сама идея барьеров, опирающихся на форты, в этой связи считалась совершенно устаревшей. Они напомнили, что она оказалась непригодной еще в Первую мировую войну. Да, от Лай-Чау до Дьенбьенфу проходит так называемая тропа Павье. Но эта дорога, частично проходя по отвесным горным склонам, частично через джунгли и по засохшим рекам, требовала марша протяженностью в сто километров, при этом на каждом шагу могла ожидать засада. По мнению сухопутных войск, говорить в таких условиях о заградительном барьере было вообще абсурдно.

Авиация, страдающая от постоянной нехватки самолетов, тоже не была готова снабжать занятую французами Дьенбьенфу, лежавшую в центре джунглей тайского высокогорья и лишенную наземных коммуникаций. Полковник Нико, командир транспортной авиации, в своих расчетах показал Коньи, что он сможет перевезти лишь малую долю необходимых грузов, если вообще будут возможности приземляться в Дьенбьенфу. Если же такой возможности не будет, то сброс грузов на парашютах никак не сможет удовлетворить потребности крепости. К этому добавлялась проблема с вывозом на самолетах раненых и погибших. И, наконец, он указал на решающее значение быстро изменяющихся погодных условий, которые могут в тропической стране вроде Вьетнама сделать полеты невозможными на целые дни.

Но Наварр, которому Коньи передал результаты анализа, имел свои представления. Он не разделял скепсиса штабных. Зато он указал Коньи на то, что большие соединения Вьетминя на высокогорье между Лай-Чау и Дьенбьенфу совершенно лишатся там снабжения, потому что слишком удалятся от тех областей, где возделывается рис. Так как у Вьетминя почти нет грузовиков, а те, что есть, могут быть легко нейтрализованы французской авиацией, то вьетнамцам придется, помимо боеприпасов, тащить на себе еще и продовольствие на расстояние 300 - 400 километров. Наварр думал, что каждый носильщик во время такого недельного марша съест весь рис, который тянет на себе, чтобы не умереть с голоду. Так он пришел к ошибочному выводу, что даже массовое использование колонн носильщиков Вьетминю не поможет.

- Они окажутся обессилевшими и лишенными тылового обеспечения на незнакомой для них территории, – сказал Наварр. – А мы прихлопнем их, как муху свернутой газетой!

Так Коньи начал разработку плана «Кастор» («Castor»), согласно которому в Дьенбьенфу вначале должны быть высажены шесть батальонов для создания условий для переброски дальнейших частей.

Премьер-министр Ланьель послал из Парижа в Сайгон государственного секретаря Жакэ, с одной стороны, чтобы успокоить Наварра, каждый день посылавшего телеграммы с требованием подкреплений, а с другой стороны, чтобы еще раз объяснить ему же, что защита Лаоса благодаря соглашению с королем Сисоватом стала официальным государственным обязательством Франции.