Читаем День вампира полностью

Дед сидел на передних сиденьях автобуса и любезно беседовал об истории средневековых вампиров с седовласой преподавательницей, оборотенессой Линой Кимовной. Почти все студенты, которые садились в автобус, здоровались с ним, и он любезно отвечал каждому, учтиво приподнимая свою серую шляпу.

Зонтики расступились – по размокшей от дождя дороге, беззаботно шлепая прямо по лужам, шла компания мальчишек. Все они были одеты в черные ветровки, которые развевались на ветру, придавая ребятам сходство со стайкой воронят.

Во главе компании Молли узнала Гильса – он шел, болтая с приятелями. Толпа ввалилась в автобус, дружно рявкнув: «Здрасьте, Вандер Францевич и Лина Кимовна», и начала шумно рассаживаться по местам, закидывая дорожные сумки наверх, в багажное отделение.

Из-за спинки передних сидений высунулась голова Гильса, и черные озорные глаза уставились на Молли.

– Ага, вот ты где, – подмигнул ей Гильс. – Приветик!

– Виделись уже сегодня, – улыбнулась Молли. – Слушай, пока мы не приехали в университет, сними у меня с шеи свою повязку, пожалуйста. Я устала от нее…

– Не-а, не сниму, – ответил вампир. – Я сам решу, когда снять. И вообще, ты под моим присмотром, ты помнишь?

Молли собралась было высказать Гильсу все, что она о нем думает, но рядом высунулась голова Марика, место справа заняла Дрина, а позади послышалось пыхтение Егора.

– Еле вырвался от мамочки, – тяжело дыша, сообщил Егор. Он достал из сумки термос и начал отвинчивать крышку. – Кстати, надо будет пришить мне рукав.

– А у меня девятнадцать братьев и сестер, и все они написали мне список покупок, – пожаловался Марик. – Привези им джинсы каждому, привези им плееры. Это значит, мне опять не есть в столовой, а экономить стипендию и питаться летучими мышами на чердаках МУНа.

– А моя семья, вампиры Мурановы, хранят страшную тайну, – глухим замогильным голосом начал Гильс, скрестив руки. – Они пьют кровь нелюдей, охотясь за ними по ночам в Пестроглазово, и я ничего не могу поделать. Особенно они любят кровь молодых кикимор, троллей и упырей. А теперь и я сам чувствую что-то такое ужасное в себе… Будто меня тянет покусать моих друзей.

Гильс замолчал и исподлобья обвел горящим взглядом притихших однокурсников.

Дрина и Марик замерли, настороженно глядя на Гильса и хлопая глазами, а Егор поперхнулся чаем из термоса.

– Поверили! – расхохотался Гильс, хлопнув Егора ладонью по спине. – Попались!

– Ну все, Муранов, ты нас достал своими штучками… – И Дрина, выхватив у Молли путеводитель по МУНу, огрела им Гильса по голове. Егор, отбросив термос, пытался надвинуть на нос Гильса капюшон плаща, а Марик, издавая типичные упырские звуки, принялся стаскивать с ноги вампира ботинок.

Возня и вопли продолжались до тех пор, пока Лина Кимовна, вытянув шею в три раза длиннее, чем было положено солидной преподавательнице, не завопила:

– Дети, тише! Что там за драка и смех в конце автобуса?! Муранов, Бертилов! Еще не доехали до МУНа, а вы уже устроили потасовку!

– Все по местам, на часах полночь, отъезжаем! – хрюкнув, крикнул веселый водитель-тролль. – И пристегнитесь все!

Островки зонтиков заволновались, а некоторые начали подпрыгивать вверх.

Двери автобуса с треском захлопнулись, и через пять минут он стремительно несся по узкому шоссе навстречу черной грозовой туче, которая висела над самым горизонтом.

Продолжение следует…